Мужик помоложе явно знал обо мне и о моём потенциале гораздо больше, чем старикан, но зато старикан прекрасно знал дядю Джонатана.
В помещении пахло хлоркой и чем-то ещё. Я попытался дёрнуть рукой, но ничего не вышло — меня крепко пристегнули к креслу. Нужно было применить технику — ничего, полная тишина и пустота. Я не чувствовал собственную энергию. Это ещё почему? Кто-то из этих двоих нулевой маг и погасил мои способности?
— Где мой брат?
Из-за пересохшего горла я почти не мог говорить. Старик что-то неразборчиво крякнул, второй же посмотрел на меня.
— Жив. И будет жить, если ты будешь себя хорошо вести, — сказал с ухмылкой молодой.
— Ага, щас, — я прицелился насколько смог, и смачно плюнул молодому «халату» прямо в глаз.
Тут же я почувствовал, как из меня будто вытекает оставшаяся жизненная сила, будто вместе с магической энергией отнимают душу. В глазах поплыло.
— Угомонись, парень, — спокойно проговорил мужчина. — Поверь, Рэй, мы можем дать тебе силу, мощь, новый класс. Ты станешь намного, намного сильнее. И твой брат будет жив.
— Где я? — спросил я, пропустив его слова мимо ушей.
Сердце в груди тяжело ухало, переломанные ноги продолжали болеть, но, похоже, что мне вкололи обезболивающее. Они ведь не знают, каким меня воспитывали, они не знают, чем может это всё закончиться, если я всё-таки приму правила игры.
— В подразделении корпорации «Хеллер», — с еле заметной улыбкой произнёс мужчина.
Об этой корпорации мне почти ничего не было известно. Только лишь то, что они занимаются научными разработками и генной инженерией. На общем слуху были лишь дорогостоящие генные препараты продлевающие жизнь. Это то, что мне было о них известно. Но ни молодого мужчину, ни старикашку-учёного я никогда не видел и потому не мог знать, кто это такие.
— Мы с тобой теперь часто будем видеться, Рэй.
— Какое счастье, — просипел я и скривился.
— Смотрите, профессор, у сопляка хватает наглости, чтобы дерзить, — «халат» состряпал сочувствующую гримасу. — Правду сказал Джонатан, не по годам ты умненький, но ничего… Профессор?
— Мне нужна ещё минута.
Голова раскалывалась от боли, будто в правый висок вбили гвоздь.
Я стиснул зубы. Если все, кто был в особняке, погибли, то младший брат единственное, что у меня осталось, единственное, ради чего стоило жить, а не попытаться откусить себе язык, или не убить себя при первой же возможности, чтобы не достаться этим уродам. Я не мог оставить его одного.
— Поверь, ты станешь другим, Рэй Стерн, спасибо ещё скажешь.
Я и правда стал другим.
Всё, что пришло сейчас коротким, но таким чётким воспоминанием, уже в прошлом. Мне уже давно не девять лет, и я давно уже не тот, кем был тогда, когда Джонатан предал мою семью и превратил род Стернов во что-то уродливое и остался жить где-то там, в Белом Городе.