— Виарат, пожалуйста, — вскрикнула я, поддаваясь панике. — Я дала клятву лекарей.
Я успела рассмотреть, как враги упали на землю, и тьма отрезала нас от них непроницаемой пеленой. Выдох облегчения сорвался с моих губ, и я тут же застонала. В груди, куда попала магическая стрела, разливалась боль…
Дор Халденрей резко наклонился ко мне и поднял на руки. Я прильнула к своему спасителю. Перед нами разверзлась тьма. Из неё повеяло потусторонним холодом. Все волоски на теле встали дыбом. Нет, я туда не пойду! Но у Виарата было иное мнение, и моего он спрашивать точно не собирался.
Регент шагнул во тьму. Я только сильнее вцепилась в него, зажмурилась и спрятала лицо на его груди. Здесь было холодно, пахло спёртым воздухом, болотными испарениями и чем-то ещё. Вокруг слышалось противное чавканье. Какое-то невидимое и далёкое существо завыло. Ему вторило другое. Где-то раздалось рычание, а ему в ответ — жалобный скулёж.
Я боялась открывать глаза и сильнее прижималась к Виарату, который шёл в одном темпе, не делая ни единой попытки ни замедлиться, ни ускориться. Сердце билось в груди, задыхаясь от неизвестности. Мне оставалось только ждать.
Когда лучи солнца коснулись меня, холод отступил. Я встрепенулась и оглянулась. Виарат дор Халденрей нёс меня по нашему военному лагерю. Это я поняла по штандартам и гербам, которые украшали палатки.
При появлении тёмного регента взвыла сирена, но также быстро умолкла, разбудив только самых любопытных. Они-то и высыпали наружу из шатров, чтобы убедиться, что лагерю не угрожает опасность. Лагерю она и не грозила, в отличие от меня.
Я разглядела у Виарата сведённые брови над переносицей. Губы плотно сжаты. Челюсти напряжены. Как и остальные мышцы его тела. Он нёс меня к своему шатру. Я узнала его, в прошлый свой сюда визит я попала именно в него. Полы шатра распахнулись, повинуясь хмурому взгляду регента, и мы вошли внутрь. Точнее, меня занесли.
— Виарат, поставь меня, — коснулась я ладонью его щеки.
Из всех возможных реакций я точно не ожидала, что у него дёрнется только кадык.
— Ты принесла клятву лекарей, — он просто сказал, но в его словах я услышала осуждение, упрёк и досаду.
Я забрыкалась, вырываясь из его объятий. Ногами едва успела коснуться, как снова взмыла вверх. Мужские ладони крепко держали за талию и посадили меня на стол.
— Отпусти! — заколотила я его по плечам. — Как ты можешь со мной так обращаться? Ты столько месяцев меня игнорировал. Не смей! Я рейниса.
Его лицо оказалось совсем близко и так внезапно, что я проглотила готовые сорваться оскорбления, заслуженные им. Я почувствовала его дыхание на своём лице. Кончики наших носов почти касались.