‘Клянусь священными звёздами Ильсарры, взяв их в свидетели, следовать лекарскому обету в гармонии с моими силами, возможностями и знаниями, почитать наставников искусства исцеления наравне с родителями, делиться своими достатками с ними и соратниками по ремеслу, и по необходимости помогать им.
Я следую законам жизни, оберегая её всеми своими силами и теми знаниями, которыми владею, и обязуюсь не использовать их во вред страждущих, а только для выправления их режима. Обещаю, что кем бы ни был мой болящий, я помогу ему справиться с недугом и воздержусь от намеренного, пагубного и неправедного лечения, совладав со своими эмоциями. Чей бы порог я не переступил, я переступаю его для пользы больного и становлюсь слепым, глухим и немым ко всяким делам, не относящимся к здоровью и жизни излечиваемого.
Да будет долгой и счастливой моя жизнь, покуда я нерушимо выполняю клятву, оберегая жизнь и её заветы.’
Прозвучало последнее слово, и линия, связывающая всех воедино, разорвалась совсем рядом с Бремосси. Магистр не удивилась, а только улыбнулась и взглядом показала подойти и взять своих соседей за руки. Мои ладони коснулись уже давших клятву, и я почувствовала, как по моим рукам понеслась огромная сила, замершая в самом центре грудной клетки. Я наблюдала за тем, как разгорается источник. И в нём я узрела тысячи лекарей, разбросанных по множеству миров. И словно каждый из них делился со мной частичкой своих знаний.
Меня переполняло ощущение радости, восторга и предвкушения. Я искала нужные сведения по проклятью, чтобы вылечить лорда Дамхорфа. Но этих знаний было так много, что они почти мгновенно смешались в моей голове, закружили меня, и мир вокруг тоже завертелся.
В себя я пришла на полу, когда моё лицо сбрызнули прохладной водой. Во рту ощущался противный вкус подступающей тошноты. Тело взмокло, и к нему неприятно липла одежда. В мышцах поселилась слабость.
— Все сначала попадаются на эту удочку, — магистр Бремосси произнесла со смешком, за которым скрыла беспокойство. — Тебя сперва захватывает эйфория, радость от открывающихся перспектив, но на самом деле тут и таится главная опасность — с этим невозможно совладать без знаний и силы, — она поясняла и диагностировала меня одновременно. — Поэтому важно научится пользоваться этим, чтобы тебе не потребовался лекарь. Теперь в твоём расписании появятся занятия со мной.
Тошнота прошла быстро, за ней исчезла слабость из тела. Декан лекарского факультета удовлетворительно хмыкнула. Я поблагодарила её и встала с пола, как на меня обрушились аплодисменты и поздравления тех, кто уже принёс клятву. С разрешения магистра меня уволокли праздновать это событие.