— Совершенно не собирался Вадим Филиппович, — честно признался я. — А до того случая и не думал, что вообще получится.
— Вот как? Расскажешь подробнее? Что это было?
— Игровой предмет. И я честно считал, что с нормальный человек до него и дотронуться не сможет.
— К счастью, может, Денис. И он мне нужен.
Разумеется, он ему нужен! Кто бы сомневался? А кому не нужен артефакт, который без помощи учившихся на свою профессию десяток лет хирургов, иголок и рубцов сможет зарастить разрезанное горло? Я болезненно поморщился и выложил на стол перед ФСБ-шником один светящийся янтарик.
— Одноразовый? — с сомнением спросил мужчина.
— Да.
— И это всё, что у тебя есть?
Морщусь, как от зубной боли кладу рядом с первым ещё два таких же.
— Вот всё, что у меня есть с собой.
— Рассказывай. — потребовал капитан, взяв двумя пальцами один из камушков.
Ну а я перевёл дух и начал рассказывать.
— Я думаю, с точки зрения игромеха, это условность, призванная сделать игру более динамичной и интересной. Нас, игроков, в Угасающих Мирах, товарищ капитан, не по головке гладят, а бьют, колют и режут всем, чем под руку подвернётся. Ну а кому интересно наблюдать за тем, как его марионетка в предсмертной агонии прячется по углам в ожидании того, как её шкала здоровья хоть чуточку наполнится? В обычных компьютерных играх есть аптечки, в фэнтезийных всякие травы и заклинания. Может быть, у кого-то из игроков тоже есть заклинания, а у остальных — вот это. Ну, может, ещё что-то, но я других игровых хилок, сколько не бродил — не видел. Раздавил в руках и смотришь, как медленно восстанавливаются травмы. Хочешь быстрее — трать несколько за раз.
— Насколько они эффективны для тебя? — царапнул что-то в блокнот Марьянов.
— Один восстановит чуть больше трети. Раньше — больше чем на пятьдесят процентов. Мне уже давно приходится за раз тратить два или три камешка.
— Как часто ты сможешь поставлять эти камни в наш мир? — поспешно спросил капитан.
— Крайне редко, или почти никогда, — не задумываясь соврал я.
— Это очень неправильный ответ, Денис, — нахмурился Марьянов. — Ты же знаешь, сколько жизней смогут спасти такие вот артефакты.
— А у меня другого нету, — развожу руками. О том, что полторы сотни таких можно будет сразу же в следующую вылазку сразу купить у Падальщика, я говорить не собирался никому вообще. Потому как помощь — помощью, но кто сказал, что отданные камни вообще пойдут на благое дело? А прямо сейчас у меня их источник вполне себе ограничен. — Я за один данж больше пяти штук не находил. И всегда мне приходилось тратить практически всё. То тут меч в ребро схватишь, то дубиной по голове прилетит. Ну а про то, сколько стрел я за это время поймал — вообще молчу. Вон, у девчонок спросите, как они меня в первый раз спалили. — усмехнувшись, киваю на янтарики. — Эти камни не валяются на земле, их нужно искать, а найденное как-то сохранить. У меня в хабе есть ещё ну… с десяток, может, полтора, но я понятия не имею сколько из них истрачу прежде, чем смогу вернуться сюда. Так что если хотите объявить всему миру о том, что нашли панацею от всех травм и болезней — это вы не по адресу.