Гунвальд разразился серией особо громких храпов, и Дилль завистливо вздохнул. Хорошо каршарцу: получил награду, подрался, напился в хорошей компании и дрыхнет без задних ног. Никаких тебе забот и переживаний, а будущее прозрачно, как слеза младенца. Купит себе кабак и вскоре станет богатым, толстым и ленивым торгашом.
Дилль хмыкнул — что-то он загнул. Во-первых, даже несмотря на утверждение Эрстана, он ещё до конца не верил, что Гунвальд собирается податься в кабатчики. А во-вторых… во-вторых, Дилль, честно говоря, не видел особого счастья в жизни толстого и ленивого торговца. Но век наёмника короток — того и гляди прибьют в какой-нибудь переделке, а вот торговать вином можно до глубокой старости. Поэтому отговаривать Гунвальда, разумеется, он не станет — в конце концов, у каждого своя дорога.
Взять того же Герона: сколько Дилль его знал, монах напивался при первой же возможности до зелёных демонов. А сегодня, поди ж ты, весь вечер был трезвее трезвого. И ушёл рано. Не иначе, святые отцы хотят поручить ему какое-то важное задание, вот Геронище и старался произвести на них самое благоприятное впечатление. Наверное, что-то связанное с вампирами, куда, как сказал Эрстан, Герона отсылают.
Кстати, и Эрстан куда-то сбежал, даже не попрощавшись. А ведь обещал завтра… вернее, уже сегодня провести их по Академии и вообще, взять его с Тео под свою опеку. Тоже что ли получил задание? Или просто получил? Недаром ведь гроссмейстер на него так рычал. Получается, как это ни печально, их дружная компания распалась.
Размышляя обо всём этом, Дилль не заметил, как провалился в полусон-полуявь. Перед ним мелькали прекрасные и одновременно страшные сцены, цветным калейдоскопом сменяющие друг друга: Тринн, сидящая на разрушенной верхушке самой высокой башни магической Академии; полупрозрачный призрак без лица, скользящий в ночи; зелёные кошачьи глаза вампира, проникающие в самую душу; старый маг с трясущимися руками, окружённый ревущим пламенем; темноволосая красавица и великолепная блондинка, чьи образы сливались в один. А напоследок Дилль увидел странное существо, тело которого состояло из изменчивых сгустков ветра и пламени, а ноги были из камней. На нечеловеческом лице, блестевшем ото льда, прорезалась острая, как трещина, улыбка, и в ней было столько заботы и участия, что Дилль, чувствуя себя маленьким ребёнком, согретым материнским теплом, наконец-то начал проваливаться в сон.
С рассветом начнётся новая жизнь, связанная с магией, таинственными заклинаниями и неведомой силой, которой он научится управлять. Дилль вскоре станет настоящим магистром — таким, как Эрстан — для этого всего-то и нужно немножко подучиться. Зато потом он будет щеголять в роскошной магической мантии, направо и налево рассыпая всякие заклинания, а восхищённый народ будет упрашивать великого мага Диллитона сотворить ещё какое-нибудь чудо.