— Ничего себе, тренировка! Да там было тысяч десять всадников.
— Каган всё продумал и явно не планировал открывать нам раньше времени то, что теперь хиваши доступна некромагия. К счастью, он не сумел предугадать, что Ситгар поймает его в ту же самую ловушку, в которую он хотел поймать гномов. Я разговаривал с Орхамом — вампиры сталкиваются с хиваши намного чаще, чем наши южные заслоны. И ожившие мертвецы, толпами идущие перед хивашскими шаманами, уже погубили многих вампирских воинов. Один из вампирских кланов уже практически перестал существовать. А как вампиры умеют обращаться с оружием, думаю, ты и сам видел. Именно потому клан Григот и решился присоединиться к Ситгару — они поняли, что в одиночку против хиваши им не выстоять. А тебе не показалось странным, что ни среди убитых, ни среди пленных не обнаружили ни одного хивашского шамана? Да и больших командиров тоже не обнаружили. Они испарились, по-твоему? Нет, они сбежали, причём так, что их никто не заметил. А ведь под Неонином была куча народу. Значит, у хиваши есть способы скрытного перемещения, нам пока недоступные.
Гроссмейстер со злостью стукнул кулаком по ладони.
— Проклятье, попадись нам живой хивашский шаман — я бы лично из него вытянул всё до последней самой мелкой тайны.
— Может быть, те же вампиры могли бы помочь?
— Могли бы… может, и помогут. Ладно, не забивай себе голову. Ты понял свою задачу?
— Да, мастер.
— Хорошо. Твой бал закончился. Иди домой и ложись спать — завтра силы тебе понадобятся.
— Мне ещё нужно успокоить барона Скодиса — он прямо-таки трясётся от страха, что Дилль превратит его в лягушку. Говорит, если бы знал, что придётся шантажировать не просто драконоборца, но и мага, он бы удвоил цену.
— Я ему так удвою, что на всю оставшуюся жизнь запомнит, — многообещающе сказал гроссмейстер. — Надеюсь, твой барон не забыл, что половину из полученной суммы он должен будет отдать Академии? Я сам ему об этом напомню.
— А как же Теовульф и Дилль? Я обещал им показать Академию, рассказать…
— Я найду, кто им всё покажет и расскажет.
— Хорошо, я только попрощаюсь.
— Нет. Сейчас же уходи. И никому ни слова. Даже высшим мастерам.
Гроссмейстер снял искажающее заклинание, Эрстан поклонился и, ни с кем не попрощавшись, ушёл.
Зимняя ночь длинна и темна, но Тирогис был столицей, а потому в городе использовали осветительные магические фонари. В отличие от обычных масляных фонарей, магические давали ровный жёлтый свет, разгоняющий тьму в радиусе десятка шагов. Обслуживание этих фонарей были одним из обязательных платежей, которые Академия магии вносила в королевскую казну. Горожане высоко ценили такое удобство и беспрестанно жаловались в городскую управу, что Академия поставила свои фонари только на главных площадях и центральных улицах, а про остальной город позабыла. Откуда жителям Тирогиса было знать, что забота о возобновлении осветительных заклинаний ложилась на плечи только тех магов, кто проштрафился. Поскольку штрафников среди магов было постоянное, но ограниченное количество, то и увеличивать количество фонарей глава Академии смысла не видел — всё равно обслуживать их некому.