Я нарисовал руну на энергопроводящей бумаге, сделал из неё самолётик и запустил в воздух. И он тут же уверенно полетел вперёд, указывая нам путь… ровно до руны Джеймса на стене. Похоже, это было её побочным эффектом — захват не только ледяных осколков, но и других артефактов, содержащих душевную энергию.
И самолётик прилип к каменной стене. Но самым удивительным было то, что там уже было притянуто кое-что ещё — руна Джеймса каким-то образом умудрилась собрать воедино все остальные осколки зеркала, кроме того, что чуть не попал в Лысого. Овальная серебристая поверхность была практически идеальна, не считая выщерблены сбоку, примерно одной седьмой от всего зеркала, как я и предполагал изначально.
— Это оно и есть? — задал в общем-то риторический вопрос Гриша. Очевидно, что их посвятили в подробности этого дела, а может даже и получше, чем меня.
— Видимо. Зеркало из льда, осколки которого почему-то пытаются убивать людей.
— А что будет, если оно соберётся целиком? — поинтересовался Каска.
— Не знаю, но мне очень интересно проверить.
— А может не надо? — чуть нервно спросил Лысый.
«Надо, Лысый, надо», — подумал я.
Вернувшись в палатку, я подобрал с пола запечатанный осколок, воспользовавшись для этого наскоро сделанным инструментом из покрытого рунами защиты от холода подноса, и отнёс его к руне Джеймса. Стоило мне снять с него гофу запечатывания, как осколок тут же притянуло к зеркалу на каменной стене. Поверхность овала соединилась так, словно и не была разбита на части.
— Что там? — почему-то тихо спросил Каска.
Я же не торопился заглядывать в зеркало, помня случайно или специально сказанные Макаровым слова о том, что с той стороны кто-то может посмотреть на меня в ответ. Хотя, он же заверял, что мне ничего в шахте не грозит. Так что, возможно, я зря переживал?
Оставлять целое зеркало просто так было совсем уж глупо, поэтому я всё-таки заглянул в него… И увидел своё отражение. Всё.
— Хмм, вроде ничего страшного, — с лёгким разочарованием сказал я.
Лысый тоже подошёл и посмотрел в зеркало, и тут же отпрянул, вскрикнув.
— Что? — удивлённо спросил я, ещё раз взглянул в зеркало, и вновь увидел свою худую физиономию.
— Моё лицо в зеркале было полностью обезображено! Я даже не могу описать, как это выглядит. Будто мерзкая маска.
— Хмм… интересно. — Я повернулся к Грише. — А ты посмотри.
Худощавый мужчина подошёл и некоторое время всматривался в зеркало без особых эмоций.
— Да, моё лицо тоже в шрамах, но вроде всё не так страшно.
Каска тоже подошёл и посмотрел в зеркало.
— У меня ожог на пол лица. И что это значит?