Я медленно выдохнул, и принялся ходить по комнате.
— Да нет, быть того не может… бред же. Неужели мама и папа, Руслан с женой и моя крестница, все они окажутся в центре Великого Катаклизма⁈
Ещё в первые дни после появления в этом мире, я успел изучить историческую литературу и примерно представлял, что происходило в тридцатых годах прошлого века в момент смещения Оси Мира. Сколько людей погибло по всей многострадальной планете…
— Мне нет смысла врать тебе, — заверил старик, заметил мой взгляд, и поправился: — Теперь. К тому же, это ни на что не влияет, вернуться в свой мир ты всё равно не сможешь.
— Это тебе тоже сказал Закон? — хмуро уточнил я.
— Только логика, ведь ты ещё даже не достиг ранга Воина. Я же, когда смог покинуть этот мир, был на уровне Грандмастера. Потребуются десятки лет тренировок…
Я понимающе кивнул, и вдруг в голове что-то щёлкнуло. Я же всё-таки не обычный человек, у меня есть способности, дающие определённые преимущества.
— Как говорят спортсмены, залог успеха — это тренировки и правильное питание. И уж подходящую диету я себе точно смогу обеспечить…
В целом, продолжив общение с призраком, я понял довольно интересную вещь — он не так уж и много знает о том, что происходит вокруг. Той частицы души, что осталась здесь, достаточно для поддержания осознанной беседы, и характер человека явно сохранился, но вот так называемая «база знаний» оказалась очень ограничена. Например, старик не помнил практически ничего о своей прошлой жизни кроме самого момента перехода в иной мир и каких-то общих фактов, возможно, даже подслушанных из разговоров жителей особняка. Перед тем как перенестись прочь отсюда, Александр Михайлов волновался о своей семье, и все его мысли и действия теперь были направлены на помощь потомкам. Он вёл себя словно искусственный интеллект, запрограммированный на одно конкретное действие — защищать родных. Даже моё появление в этом мире старик никак толком объяснить не мог, хотя был железобетонно уверен в том, что стал главным его инициатором.
— То есть, никакой помощи ты мне оказать не можешь? — уточнил я. — Ни силы, ни знаний у тебя нет?
После того, как я убедился в том, что старик — это всего лишь туповатый призрак, обращаться к нему на «вы» совершенно расхотелось. Можно считать это профдеформацией, но у подобных призраков даже личности как таковой не было, чтобы проявлять к ней уважение.
— Все силы я потратил на то, чтобы ты снова жил после того, как переварился в желудке мимика, — с явным намёком ответил старик. — Поэтому побольше уважения в голосе, молодой человек.