— Ты же сам конструировал эту камеру, — заметил человек-кот, явно почувствовав себя слегка неуютно. — Почему этого не учёл?
— Я же не знал, что вы в неё запихнёте меня!
— Ты убил Данки! — выкрикнула Мако, прячась за головастым стариком и вытянув вверх шею. — Порвал его на час-сти и играл головой в кэмари[2]!
Медвежонок почесал лапкой за ухом.
— Я? Не было такого. Что вы выдумываете?
— Ты себя не контролировал, — пояснил Мэссиэль. — Видимо, из-за влияния Хозяина. Всё-таки зря ты так часто выходил во внешний мир.
— А где ещё мне было материалы для строительства домов и защитного поля взять⁈ — огрызнулся Шики. — Да и Падальщиков надо было подкармливать, чтобы они плодились как полагается! И вообще, я первый из вас избавился от влияния Хозяина, с чего бы мне вдруг сходить с ума⁈
Ого, так и городок в японском стиле построил этот маленький медвежонок? И остальные существа его в благодарность заперли в камере на пятьдесят лет? Пожалуй, я бы на месте этого Шики тоже был в бешенстве.
— В любом случае, ты убил Данки на наших глазах, поэтому нам пришлось тебя запереть! — слегка повысил голос «кот», не сводя оранжевых глаз с Шики. — Но сейчас ты совершенно в порядке, я не чувствую никаких следов сумасшествия.
Клоун в это время достал откуда-то маленький трёхколесный велосипед и кружил вокруг медвежонка, корча рожи и беззвучно смеясь. И если разнообразные существа японского фольклора вокруг меня уже нисколько не смущали, то этот белолицый псих, которого видел только я, начинал откровенно пугать. Наблюдая за ним, я всё больше убеждался в том, что это не моя личная галлюцинация. Очевидно, что передо мной корчило рожи какое-то нематериальное существо или сущность, находящееся на более глубоком слое реальности, чем призраки, которых обитатели подземного городка всё-таки могли видеть. Непонятно только, какие цели оно преследовало и насколько могло быть опасным?
— Может это у вас было сумасшествие, а не у меня? — недовольно спросил медведь. — Я лично ничего такого не помню.
Из огромной пещеры, которую мы недавно покинули, донесся громкий треск.
— А там что происходит? — подозрительно спросил медвежонок.
— В том числе, поэтому мы тебя и освободили. Похоже, защита, которую ты создал, ослабела, а Падальщики над нами слишком сильно расплодились, — пояснил Мэсиэль. — Это становится опасным.
Шики всплеснул лапками.
— Ну конечно, вам понадобилась моя помощь! Вы же не могли освободить меня просто потому, что беспокоились или соскучились.
— Ты и в здравом уме та ещё сволочь, — недовольно заметила кицунэ. — С чего бы нам по тебе скучать? Или ты забыл, как подставил меня перед теми стражниками, избившими меня до потери пульса⁈[3]