Я снова приземлился на крыше и стал бродить по ней, присматриваясь к бегающим туда-сюда бандитам. То, что я всем им раздал проклятие, меня не беспокоило — как набросил проклятие, так его и сниму, и вреда оно телу еще причинить не успело.
По логике вещей я мог хватать любого молодого парня, но мне не хотелось, чтобы Мао Цзэдун выглядел как примитивный разбойник. Какие-то бандиты выглядели, как мускулистые бройлеры, в смысле бодибилдеры, другие имели мерзкие рожи, у третьих на лице имелись уродливые шрамы. Наконец на крыше появился новый персонаж, сразу привлекший к себе мое внимание. Мужичок среднего роста не отличался заметной мускулатурой, но по его движениям сразу становилось ясно, что с таким лучше не драться! Этот боец оставался совершенно спокойным, внимательно осматривал все вокруг, особенно заинтересовался порезанной мной веревкой в дирижабле, которой привязали девушку.
Лицо у этого бандита выглядело каким-то средним. Подобная физиономия в людном месте совсем не цепляет взгляд окружающих, словно на месте лица пустая маска, но глаза у мужика не смотрели, а буквально гвозди вбивали. Один раз он посмотрел в мою сторону, и я чуть не уписался от ощущения, что бандит меня заметил. Но нет, не заметил.
Затем этот злодей решил обойти вокруг гондолы дирижабля и я подумал, что это удачный момент, так как на секунду данный перец должен был скрыться из виду для остальных. Я поспешил набросить на него невидимость, а потом безжалостно шарахнул по нему ментальным ударом из артефакта, от чего тот сразу же вырубился. Подхватив бесчувственное тело левитацией, я, не медля ни секунды, перенес его в салон Жука, висевшего буквально в нескольких метрах от меня. Нео подхватил тело бандита и затащил его на диван, а я нырнул следом за ними внутрь Жука, после чего скомандовал Свете:
— Ходу! — а затем достал из-за дивана моток крепкой веревки и сказал парню: — Давай его хорошенько свяжем, а то вдруг очухается раньше времени! Боюсь, в драке мы с ним даже вдвоем не справимся, так что вяжи его очень крепко, не жалея веревки.
Так уж получилось, что мне не доводилось связывать человека в прежней жизни, поэтому я решил перестраховаться: связал за спиной запястья, затем локти, пропустил веревку через плечи вокруг горла и снова обвязал ее вокруг локтей. Ну и как вишенка на торте — привязал ноги, основательно опутанные напарником, к локтям, чтобы бандит, если очухается, имел минимум свободы в движениях.
Когда мы вернулись домой и вытащили наружу упакованного бандита, Лия ахнула:
— Матерь божья! Вы кого привезли! Это же Упырь, самый страшный человек в городе!!! Он столько душ загубил, что и не сосчитать!