— Не имеем чести быть вашими знакомыми, любезный, — ледяным тоном произнёс парень, говоривший с Митрофаном. — Полагаю, вы ошиблись адресом. Если это так, немедленно извинитесь перед господином Дорином и проваливайте. Да молите бога, чтобы…
— О чём мне молиться, я сам разберусь. — Я положил руку в перчатке на спинку стула, где сидел Митрофан. Посмотрел на говорящего. — Тебя, приятель, в первый раз вижу. Не то чтобы ты был мне симпатичен, но как благородный человек, считаю своим долгом предупредить: господин Дорин с тобой не расплатится. Впрочем, как и со всеми остальными.
— Почему? — вмешался персонаж, до сих пор молчавший.
— Почему? — поддержал ещё один.
Н-да. А Митрофанушка-то, походу, по части производства долгов в промышленном масштабе — просто ударник социалистического труда.
— Потому что никакого наследства ему не обломится. Законная наследница, его сводная сестра Варвара Михайловна, жива.
— Чушь! — взвизгнул Митрофан. — Как она может быть жива? Я видел её лежащей в гробу!
— Не ты один видел, подумаешь. Девушка просто крепко спала. А теперь она проснулась. Летаргический сон, слыхал?
— Нет! Никакого сна! Она мертва, я лично… — Митрофан осёкся.
— Что? — подбодрил я. — Лично, своими руками её убил? Да не стесняйся, тут все свои. В том, что это ты пытался погубить Варвару Михайловну, никто не сомневается.
— Нет! Это клевета! Я буду жаловаться!
— Не успеешь. Я пришёл, чтобы вызвать тебя на дуэль. Мог бы, конечно, просто зарезать, как собаку, но боюсь, что у Варвары Михайловны из-за этого могут быть неприятности. Поэтому убью тебя в честном поединке, на глазах у секундантов. Вы не откажете, парни? — я повернулся к сидящим за столом.
— Вызывать на поединок и участвовать в нём могут только лица благородного звания, — пробормотал самый разговорчивый.
Я кивнул.
— Не вопрос. Граф Владимир Всеволодович Давыдов, к вашим услугам.
— Граф? Но ты… — парень посмотрел на мою перчатку.
— Охотник. Да. Так тоже бывает. Кому-то ведь надо тварей глушить, пока прочие аристократы штаны протирают по кабакам.
Митрофан побелел окончательно. Взвизгнул:
— Но это нечестно! У тебя заведомое преимущество! Все знают, что охотники владеют колдовством!
— Клянусь, что не буду применять колдовство. И даю тебе право выбрать оружие.
— Когда?
— Сейчас. Чего тянуть?
— Сабли, — подавшись к Митрофану, быстро сказал самый разговорчивый. — У него меч, ты видишь? Оружие дикарей. Вряд ли он хорошо владеет навыками сабельного боя.
— Я не хочу с ним драться, — проскулил Митрофан. — Он меня убьёт!
— Брось!
— Он моложе тебя!
— Покажи этому дикарю, как дерутся гвардейцы! — полетело со всех сторон.