О том, что на днях пропали без вести два его подручных, а до кучи родной брат, Головин, несомненно, уже знает. Но вот какие выводы сделал, неизвестно. Единственный свидетель того, что произошло на явочной квартире — старик смотритель. Который едва ли что-то успел понять, я свалил его ударом почти сразу. А одет при этом был в камзол и шляпу Алексея.
То есть, всё, что может рассказать Головину смотритель — охотнику в красном камзоле не разрешили остаться, чтобы поговорить с хозяином, и у парня сорвало кукуху. От обиды, не иначе. Почувствовал себя оскорбленным и униженным. Каким-то хером проник на второй этаж, притаился на лестничной площадке, а когда появился любезный братец Иоганн, спрыгнул вниз и навалял всем, кого увидел. Эпизод с пропажей кости из мешка смотритель, если не дурак, опустит. Тем более, что мешок бесследно исчез вместе с прочими действующими лицами.
То есть, теоретически, у Головина нет никаких оснований в чём-то подозревать меня. А вот оснований свалить из Поречья и не отсвечивать — жопой жуй.
Хрен знает, куда пропал братец Иоганн. Может, прихватил подручных, мешок с хабаром, да рванул сам костями барыжить. А может, объявились конкуренты и вырезали всех подчистую… Как бы там ни было, налицо отсутствие ценного мешка. За который, между прочим, надо держать ответ перед «страшным человеком», которого упомянул на допросе Головин-младший.
В общем, есть мнение: здесь я Головина не выловлю. Для этого надо ехать в Смоленск. Потому как мне по-прежнему до зарезу охота узнать, что за тварь так жаждет заполучить мою усадьбу.
Знака моего в Смоленске нет. Когда был там в гостях у генерал-губернатора, ещё не прокачался до нужного уровня. Напрягать Егора или ещё кого-то по личным делам у охотников не принято. А стало быть, добираться надо самостоятельно, и сначала я планировал воспользоваться собственной каретой. А сейчас подумал — нахрена мне гробить по местным дорогам родные колёса и амортизаторы, когда есть карета, которую не жалко? Тем более, что продать её в Смоленске наверняка можно дороже, чем здесь.
— В общем, так, — свесившись с балкона, объявил я. — Неотложные дела влекут меня в Смоленск. Всем оставаться на местах, обязанности выполнять согласно штатному расписанию. Ты, Захар, учи матчасть. Вернусь, проверю. Остальным — не скучайте. Будет трудно — присылайте говоруна.
— Кого?
— Грамма. Сокола. Инструкция по эксплуатации у Захара… Короче, всё, я ушёл. К обеду не ждите.
В комнате я взял заплечный мешок — опыт научил с ним не расставаться, мало ли, откуда кости прилетят, — повесил за спину меч, а на пояс кинжал. И шагнул в нуль-Т кабину.