Её просто тащили по земле, не особо церемонясь. Она тянула руку ко мне, но я лишь отвернулся. Нет, я не жестокий, просто в душе, глядя на неё, появляется неприятная боль и желание сделать героический и глупый поступок, который обязательно мне аукнется. А боли мне и в теле достаточно.
Так её утащили к другим, где ревущую и связали. А я остался с тремя дружелюбными амбалами, которые имели за душой, наверное, не меньше десятка душ каждый.
— И чо это такое? — спросил один другого, глядя на голого меня с неестественно вывернутыми ногами.
— Хули у меня спрашиваешь? Спроси его, — ответил другой и пнул меня слегка в ногу.
Но этого слегка было достаточно, чтоб нога, не сдерживаемая суставом и связками, согнулась в обратную сторону ещё сильнее. Я заскулил, пытаясь сдержать слёзы. Пиздец, как же больно то!
— Эй ты, дрыщ-кузнечик, кто таков будешь?
— Путник, — выдавил я из себя, стараясь не смотреть на эти чудесные неправильные ноги.
— Путник? — он так удивился, словно такого слова не знал. — Так какого хуя ты тут делаешь, привязанный к дереву и голый?
Блять, ты дебил? Скрутили меня! А если включишь фантазию, то можешь представить, что ещё и пытали! Сука, какие же долбоёбы. Мне уже страшно.
— Поймали, связали, били, пытались выбить из меня информацию, не работаю ли я на вас.
— А работаешь?
Можно было бы сказать да, но проверить такое очень легко. А за обман по головке не погладят. Да и легенда моя уже сказана.
— Нет.
— Тогда чего они тебя пытали и ты к дереву привязан?
Бля-я-я-я… Какие же дегенераты… Сука, что лесные жители, что вы, реально не от людей появились. И даже не из капусты. Из дуба вас выстрогали.
— Я шёл, на меня напали, побили, привязали к дереву, побили ещё раз, искалечили, пытались выяснить, кто таков. Я сразу признался, что путешествую, но они думали, что я привёл солдат и не верили мне. Поэтому раздели, забрали все вещи и продолжили бить, после чего устроили здесь обрядные танцы.
Мне пришлось повторить всю историю, чтоб этим тупым дегенератам, страдающим прогрессирующим Альцгеймером, не пришлось сшивать всю информацию в одно полотно.
— Ясно, — сказал один из них и повернулся к товарищу. — Слушай, я нихуя не понял.
Пиздец… точно пизды прохвачу.
— Я понял, — сказал третий, что до этого молчал. — Раз так, то тебе нечего бояться. Но нам в любом случае надо забрать тебя с собой, чтоб тебе задали несколько вопросов и может… — он посмотрел на мои конечности, — помогли.
А вы хотели оставить меня здесь одного привязанного? Да вы чо блять, охуели?
— Да, конечно, — кивнул я. — Только я не смогу ходить.