Идя через лес, я не ленился оглядываться и прислушиваться к окружению, ибо вояки, что так смело убежали от миленького автобуса, с таким же успехом могли смело вернуться к дежурству. И чего мне не хотелось бы, так это столкнуться сейчас с ними. Хотя если верить запечатлённой картине, которая отложилась на подкорке и которую я теперь мог просмотреть, их били рабы и довольно успешно.
Что касается оборотней, то таковых я не заметил тогда, кажись автобус смял их всех ещё в начале. Вот механический негодник.
Через десяток минут мне показался уже знакомый просвет, что говорило о моём скором возвращении к разрушенной каменоломне.
И тут я уже не спешил идти так же вальяжно, как и в лесу. Нырнул в кусты и внимательно осмотрелся, попутно прислушиваясь к окружающему миру. Тихо… слишком тихо. Нехорошо…
Двигаясь в полуприсядя аля бравый вояка с арбалетом на изготовку, я не спускал с частокола глаз. Но никого на нём не было. Как и не было никого в пробитом ЛиАЗом заборе. То ли никого не осталось, то ли они сейчас в другом месте. Внимательно оглядевшись, я быстро перебежал к забору. Замер, прислушался, оглянулся — тихо. Выглянул в пролом.
Там царила запустение. Виднелись трупы солдат и рабов. Они были разбросаны то тут, то там и большая часть виднелась у выхода, куда, судя по всему рабы и ринулись. Но больше никого не было. Я аккуратно зашёл на территорию и двинулся вдоль забора, не спеша куда-либо уходить. Надо проверить, есть ли здесь кто ещё. Вдруг кто-то из моих здесь стоит и ждёт меня?
Но никого не было от слова совсем. Только тела; какие-то изувечены, какие-то зарублены мечами или пробиты стрелами. Я видел и лесных жителей. Среди одного из тел я даже узнал парнишку из леса, который ловко разбивал мне хлебало, выбивая правду. У него были выпущены кишки. Тут же рядом лежал страж, которому кто-то всадил кувалду в череп, да так и оставил там, видимо забрав меч.
Были здесь и девушки… немало девушек. Со стрелами в теле, зарубленные, но не в таких количествах, что парни, которые грудью пытались защитить прекрасный пол. Приятно видеть, что понятие честь здесь и храбрость сохранились. Среди некоторых тел попадались и мавки. Сразу вспомнил Сеньку и сердце слегка защемило. Да уж, жизнь вообще неприятная штука, когда идёшь такой же дорогой, что и я.
Каменоломня была пуста. Абсолютно.
И судя по количеству трупов стражи и рабов у входа, то поработители потерпели сокрушительное поражение. Судя по трупам в доспехах, их просто под конец взяли количеством и те не смогли устоять. Четыреста десятый сделал своё дело, проредив стражу; не зря призвал. На каждое тело раба приходилось около четырёх тел стражи.