Вскрик, и чёрная дымка словно схлопнулась, исчезнув.
Это был шанс. Я бросился к Фемии, подхватив сумку, и запихнул ей её в руки.
— Место! Представь место, куда хочешь переместиться, и обними покрепче Фиалку. Тебя сразу пере…
Меня отбросило в сторону. Копьё вошло куда-то под рёбра в живот, пройдя насквозь. И когда я оказался на земле в стороне, не успев выдохнуть, ещё одно материализовалось передо мной.
В последний раз я вспоминал ни о семье, ни о Клирии, ни о ком. Истории врут, в такие моменты ты ни о чём таком не вспомнишь. Я просто радовался, что всё так быстро закончилось. Просто тьма, вот я есть, а вот меня нет. Никаких мук и страданий насчёт мыслей, что меня ждёт. И всё же напоследок…
Я выстрелил от бедра в фигуру, что сейчас, хватаясь за живот взмахнула рукой. Не из вредности и не жалкой попытки отомстить. Просто это борьба до последней капли крови. Пока я могу, я буду бороться, пока рука поднимает револьвер, я буду стрелять, истребляя врагов. Потому что такие, как я, умирают на поле боя, и незачем менять эту традицию.
И с моим выстрелом последнее копьё пробило меня на вылет. Я действительно рад, что всё так быстро закончилось. Тьма приветствовала моё затухающее сознание…
Где-то на другом конце мира в другом измерении вздрогнула Клирия, выронив тарелку. Та с весёлым звоном разлетелась на осколки. Но она даже не заметила этого, как и не заметила испуганного плача ребёнка позади себя в кроватке. Подняла взгляд в небо, силясь понять, что сейчас это было, но очень скоро позабыла о странном чувстве. Особенно когда примчалась Баба Яга с извечным вопросом, почему у неё руки такие кривые.
Самое страшное случается за доли секунд. Только в красивых сказках бой добра и зла длится минутами или даже часами. Все успевают друг с другом проститься и найти покой.
В реальности это всё заканчивается за секунды и покоя не найдёт ни живой, ни мёртвый.
Кто-то не успел, кто-то не заметил, взмах рукой, движенье пальца, последний вдох, последний выдох, и через мгновение ты смотришь на тела, уже бездыханные, уже пустые, скрюченные и свободные от своих душ. Не всем суждено умереть в покое, не все могут уйти умиротворённо…
Так Фемия смотрела на два тела, что сейчас перед ней растянулись на воде.
Одно было практически нанизано на кол; тот прошёл через грудь человека, который с недавних пор стал её отцом. Слишком молодой, она до сих пор не могла смириться с этой мыслью, хотя мозг уже принял этот факт. Он упёрся на копьё, расслабленный, пока само оно не распалось в чёрный песок, освобождая его от оков. Тело беззвучно завалилось на бок.