И нам раскрылся тронный зал.
Святая святых любого государства, любого королевства. Если ты стоишь в нём, то это может значить только две вещи — или ты проиграл, или ты победил.
Я победил.
В конечном итоге я победил целое королевство. Будучи хуй знает кем, таким же, как и миллионы других, я стою перед тронным залом одной из сильнейших стран этого мира. Но это не моя заслуга, это заслуга этого ебаната-короля и всех тех, кто пытался подписать мне приговор.
Но я победил. Победил и… не чувствую радости, даже когда вхожу за служанкой сюда… Потому что для меня это ещё не окончательная победа. И за неё я ещё не полностью расплатился, хотя отдал и так слишком много.
Огромный зал встретил нас ослепительной чистотой и светом, словно противопоставляя себя тьме, с которой королевство борется. Полированный пол едва ли не до зеркального отражения, который был собран с каким-то замысловатым узором. Стены, белые, с молочными узорами, словно от мороза, который оставляет подобное на стёклах.
Никаких рисунков, никакого такого пафосного дерьма, которое я видел в коридоре. Зал чист от этих росписей.
Там, в огромнейшем зале не было никакой мебели, кроме трёх тронов по возрастанию. За ними было огромное окно во всю стену, которое впускало сюда свет. Огромнейшее окно, за котором открывался вид на крепостную стену и природу за ней.
Слева пустовал трон принца, самый низкий. Правый был выше, для королевы.
Ну и центральный, где сидел сам король, самый высокий и пафосный.
Надо отдать должное — сейчас он встречал нас со всем положенным пафосом. Плащ из меха красного цвета, дорогие одежды, какие-то украшения из золота и драгоценных камней на шее. В одной руке король держал посох из золота и платины, украшенного камнями и росписью. В другой был меч. На голове же красовалась корона, большая классическая корона, которая являлась символом власти.
Он взирал на нас, спокойно сидя на своём троне, вальяжно расставив ноги.
Хитрый ублюдок. По лицу теперь видно, что он играет по своим правилам. Лучший правитель для страны, которую раздирают другие. Он сможет обойти всех, проскользнуть через любую щель, чтоб победить. Но его время прошло. Теперь он не нужен.
— И вот он вступил в зал тронный, полный ярости бездонной, что сожгла страну дотла, — оскалился король. — Скажешь, откуда?
По-хорошему бы его застрелить сразу со входа, но вот незадача, есть вопросы, которые требуют ответов, так что расправа отодвигается на несколько минут.
— Марлоу третий. История падение небес. Я знаю местную литературу, — поморщился я.
— Но сказано довольно точно, не находишь, чувак? — усмехнулся король. — Прям про тебя.