Эта картинка вызвала у меня лёгкие покалывания в груди своей милотой и уютом, который даже не пропал, когда она обернулась ко мне. На губах у Клирии расцвела слабая мягкая улыбка — не чета тем, которые были до этого, словно взятые у лучших тиранов, садистов и убийц. Просто приветливая улыбка.
Вот умеет быть милой, когда хочет!
— Не знала, что ты вернулся, — она отложила бумаги с чашкой на стол и медленно встала, немного придерживая живот снизу. — Я могу тебя поздравить, не так ли?
— Смотря с чем.
— Победа. Не стоило мне сомневаться в твоей деструктивной личности, — улыбка, до этого домашняя, сменилась на её привычную, и весь образ домашней девушки рухнул.
Передо мной была Клирия, циничная и жестокая, собственной персоной. Её улыбка, едва-едва, которая добавляла ей только жуткости. Ну и аура, естественно.
— Ну вот, ты всё разрушила… — вздохнул я.
— Разрушила? Позволь поинтересоваться, что именно?
— Образ. Ты только что была милой девушкой, которая ждёт ребёнка.
— Тогда позволю себе задать другой вопрос, не менее интересующий меня. Кого ты видишь обычно?
— Ну знаешь… такую… — в памяти всплыла сразу картина истерики Клирии. Взгляд тут же переместился на живот, а в голове всплыли слова о том, что стресс плохо может влиять на плод. — Холодную, жестокую и циничную. Обычную тебя до встречи.
Вроде подобрал слова верно и наиболее мягко.
— Понятно… Могу лишь порадоваться, что ты смог увидеть меня иначе. Быть может, я смогу даже соответствовать тому образу, который ты увидел.
— Странно то, что я его увидел лишь когда меня рядом не было. Словно оказываю на тебя негативный эффект.
— Не говори глупостей, — она подошла и аккуратно обняла меня, стараясь вести себя бережно с животом. Блин, всегда считал, что в беременных есть какая-то милота. Если только они не истерят и не ведут себя как конченные… дурочки. — Я рада, что с тобой всё в порядке. Слышала о твоей сокрушительной победе и горжусь тобой.
Пытается вести себя как любящая жена. Это мило (нет). Ну или Клирия говорит, что на душе, а я испорченный дебил, который пытается разглядеть везде второе дно.
— Ну там не только я участвовал…
— Ты придумал план, — неожиданно холодно, словно не терпя возражений, произнесла Клирия. — Остальные лишь следовали ему, выполняя свою работу. Выигрывает тот, кто одерживает победу в войне, а не в сражении.
— Мы выиграли сражение.
— Не строй из себя человека, который соответствует своим званиям. Я прекрасно знаю, что ты таким никогда не являлся, — поморщилась недовольно она.
Клирия отошла от меня и критично оглядела, словно пыталась понять, все ли части тела при мне или нет. Но потом улыбнулась.