— Как где? Ждали его на улице. Он говорил: «Я ща! Мне в туалет надо!» — ответил кот.
И тут у нас полетели самые жесткие матерные обороты на гроиде в вперемешку с русским.
— И это все? — недоумевающе спросил я кота.
— М-р-р! Нет конечно! Вы весь город от юга до центра переполошили! — захихикал Сарг.
— Я помню, как он помои выливал на кеоров… — пробормотал Лад.
— О-о, это была самая безобидная шутка… Но вы от неё радовались, как дети, — улыбнулся кот.
— А я что делал? — обалдело спросил я.
— А ты, Рокаин, стучался в каждый дом и выдавал листовку с голосованием, которая содержала два варианта: «За Рокана! Против Дубоса!» и «За Рокана! Против Дубоса вдвойне», — хмыкнула Алира.
А я после её слов схватился за голову! Из-за нашей пьянки план отклоняется с намеченного пути неизвестно в какую сторону! Да я в Эроне даже близко такой ереси не творил! Расслабился ты, Илья Васильевич!
— Э-м… А я что делал? — скромно спросил Лад.
— Господин Лад под предлогом — «отлить», вваливался в каждый пост кеоров и орал им иногда на русском: «Я заместитель Рокана! А ну на колени, чмошники!». Ну и, конечно, они все оставались лежать на постах, со сломанными коленями, — ответив, зевнул кот.
И у нас опять навалилась минута глухого мата. Преимущественно на русском. И преимущественно про причинные органы и их обороты.
— А почему мы отрывками помним другое? — успокоившись, спросил я.
— Потому что вы пока шли до центра, каждому встречному кеору отвешивали пинки под задницу, — покачала головой Алира.
— Ага, и иногда ловили трех кеоров и устраивали «тараканьи» бега, чей кеор быстрее добежит до перекрестка, — добавил кот.
— А еще магией воздуха и воды перенесли двадцатиметровое русло отхожей канавы на ворота замка владетеля, — продолжила Алира.
— Господин Лад написал на стене у ворот замка слово, обозначающее мужской орган на русском языке. Причем на всю высоту стены, — взял очередь кот.
— По поводу надписей, это не всё. Почти каждый дом, который вы проходили, на корявом гроиде писали: «ДубАс — кАкАшка рОгУидана», — улыбнулась Алира.
— А еще вы…
— Так хватит! Мать мою темную, Рокаин! Я больше «гномскую» не пью! Только эль! — схватившись за голову, сказал Эткин.
— Да, точно, только пиво… — обалдело сказал Лад.
А я просто завис от обалдения на несколько минут. Вот это мы нахрен отпраздновали…
Спустя несколько часов мы полностью пришли в себя и забыли про пьянку. Когда Орина проснулась, мы все упорно делали вид, что вчера ничего особенного не произошло.
Когда девушка вышла из комнаты, она в состоянии шока села за стол и нашептывала слова из базы терминологии. Мы девушку не отвлекали. Через полчаса, выйдя из ступора, девушка внимательно осмотрела нас. Её взгляд кардинально поменялся, стал более «живой» и эмоциональный. И теперь она с улыбкой посмотрела на Лада, все происходило в полной тишине. Первое, что она произнесла на имперском, смотря на нашего мага: