— Гравиконтроль! — выжав из себя последние силы, я выставил палец и приказал платформе замереть, лишь чуть-чуть не долетев до низа. Сделать что-то ещё мне не удалось, ведь меня погребло под грудой мусора.
— Г… Голова, — простонал я, выбираясь из обломков. Всё плыло перед глазами, меня тошнило, слабость в мышцах почти не позволяла двигаться. Во мне было очень много сломанных костей. — Что… Что здесь происходит…
Перед моими глазами застыла ужасающая картинка. Осьминог Новомира бездыханным лежал на животе, его насквозь пересекал острый, как скала, кусок камня. Неужели получилось? Мы… Справились?.. Я закрутил головой в поисках того самого острова, который постарался аккуратно опустить перед тем, как отключился. Он был совсем рядом, лишь чуть-чуть не вмазался в труп чудовища. На первый взгляд, на нём не было никого живого — разбойники точно погибли окончательно. Но я заметил движение — Аркаша, казалось, бессмертная пиратка, держалась за Этери и Флюру, прижимая их к себе. То ли она пыталась определить их пульс, то ли просто обнимала, я не мог понять.
— Погано… — нет… Этот голос… — Как же погано…
Глаз осьминога будто лопнул, и из него по склизкой тушке монстра вниз свалился Новомир, совсем похожий на хаска. Все системы моего организма будто вырубились. Он ещё жив… Он ещё жив… Поднялся, меня не видит… И бредёт прямо на мою троицу. Мою… Троицу.
Что-то сложное будто впервые появилось в моей голове… Месяцы, прожитые в этом мире, сложились в одну картину. Каждый день, проведённый с Флюрой, Этери и Аркашей. Сколько было прослушано хреновых анекдотов, сколько денег у меня выкрала пиратка на выпивку… Сколько прекрасных роз вырастила Флюра, и самые красивые она дарила мне… Почему?
Почему они так заступались друг за друга? Почему жертвовали своими жизнями, прикрывали от смертельных заклятий? Даже сейчас Аркаша крепко прижимает к себе их тела, уберегая от приближающегося к ним Новомира. Я… Я понял. Раньше мне казалось, что они просто не ценят свою жизнь… Но теперь у меня нет сомнений. Ценят, ценят… Но просто не хотят видеть, как страдают близкие для них люди. Я не хочу видеть смерти моих девочек… МОЕЙ троицы… И плевать, во что это мне обойдётся.
Я напрыгнул сзади на Новомира и вогнал свою кисть ему в рот — теперь он не сможет произнести заклинания. Рукой, что не давала ему и сказать и слово, я схватился за его уцелевшие пальцы. Другая же его конечность и так валялась сломанной культей. Теперь старику не получится сотворить хоть один магический символ.
— Гравиконтроль!