— Во всех случаях, о которых я слышал, жертва умирала после удара в результате шока или увечья, — категорически заявил он. — Представьте себе, что двойной ряд треугольных зубов впивается в ваше тело, Дэнни! Здесь не только боль, но и ужас… Вы думаете, что не заорали бы?
— Еще как!
— Всегда ужасно, когда на кого-то нападает акула. Здесь это происходит слишком часто. Вы знаете Джека Ромни? Владельца яхты?
— Да. Я разговаривал с ним часа два назад.
— Я его знаю только внешне, — продолжил Кларри, — но здесь у него хорошая репутация. Смерть этой женщины нанесла ему удар, и, кроме того, он потерял свою яхту. А такое судно не скоро найдешь.
— Но она же была застрахована?
— Я слышал другое, — сказал он безапелляционным тоном. — В маленьких городках все известно, Дэнни. Его страховка кончилась два месяца назад, и он ее не восстановил. Для него это большая потеря.
Мы выпили еще пива на посошок, обменялись адресами. Кларри дал мне свой номер телефона на случай, если у меня будет жажда или я не смогу вспомнить, как выглядит отель.
Я возвращался домой очень медленно и очень осторожно. Не знаю почему, но я чувствовал, что голова моя очень легка: чистый воздух океана с непривычки опьянял, как вино.
Обед начался мрачно, и разговор состоял из самых простых фраз, но пища была хорошей. Бетти сидела на одном конце стола, Соня — на другом.
Я рядом с Бетти, Амброз между мной и Соней. Ларри сидел прямо напротив меня. К счастью, во время еды он не курил сигару.
На Бетти было свободное полупрозрачное платье, и, когда свет падал сзади, ее фигура обрисовывалась очень четко, в особенности высокая грудь.
Соня сделала большую уступку этикету, расстегнув три пуговицы своей блузки и тем самым показывая всем, что не носит бюстгальтера; впрочем, она и не имела в нем надобности.
После кофе Феликс предложил выпить бренди, и это было первое умное замечание за весь вечер.
— Прекрасная идея! — воскликнул Амброз, впервые открыв рот с тех пор, как сел за стол.
Большой синяк, украшающий его подбородок, начал принимать красивый лиловый оттенок и, должно быть, чертовски болел.
Соня окинула стол угрюмым взглядом.
Я предложил сигарету Бетти, зажег ее и закурил сам. Она не сказала мне и десяти слов за столом. Может, я ее чем-то обидел?
Феликс возвратился с бутылкой и стаканами на подносе и вежливо спросил у всех, кому налить. Никто не отказался, и даже Соня на секунду ожила, чтобы сказать «да».
Итак, каждый выпил бренди с кофе, и это развязало языки. Вроде бы морг превратился в идеальное место для беззаботной вечеринки.