Гаяне оказалось невозможно застать врасплох. Она встретила их при всём параде, с макияжем и в жемчугах. Объяснять, кто такой Ромка и откуда он взялся, не пришлось. Родная кровь была покруче любых слов. А вот перед Багдасаровым бабуля демонстративно захлопнула дверь, не удостоив вниманием.
Минутой позже эту же дверь распахнула Влада и кивнула проходить.
– Как, и мне даже не придётся ночевать под дождём? – удивился Багдасаров, смеясь и неодобрительно покачивая головой.
– Знай, я не простила тебя! – обломав всё веселье, объявила так и стоявшая в проходе Гаяне. Багдасаров извинительно раскинул руки, наивно рассчитывая на объятия.
– Ба…
– Ты отобрал у меня тридцать лет жизни! – сошлись на переносице тонкие брови. – Как ты мог скрывать от меня мальчика?!
Мальчик Ромка просел от строгости голоса и на всякий случай обхватил за талию жену, нашёл взглядом развлекающегося со старинным телефонным аппаратом Сашку. «С бабулей придётся мириться за Багдасарова» – уже знал он.
– Ба, я исправлюсь, честно. Вот, прямо сегодня и начну. Влада обещала родить тройню! За простой, так сказать.
– Ну, так рожайте! – нетерпеливо хмыкнула Гаяне.
– Ба, тут такое дело, нам простынь нужна. Та самая, которая реликвия. Влада требует, чтобы всё произошло непременно по традициям! – с самым серьёзным видом объявил Багдасаров с порога. При всех.
«Чтобы без глупых недомолвок» – шепнул он жене на ухо и виновато улыбнулся. Влада ошарашенно стихла, Гаяне перевела на неё недоумённый взгляд.
– Милая моя, но это всего лишь символ… – чуть растерянно потянула бабуля и невинно передёрнула сухими плечиками.
– Очень нужно, ба! – снова вступился Багдасаров, и одёргивать его было бессмысленно, хотя Влада и не пыталась. И глупо улыбаться уже не могла. Она с нетерпением ждала, когда получит свой подарок.
Без лишних слов и многозначительных взглядов Гаяне удалилась в северное крыло дома, а вернулась оттуда с расшитой золотом реликвией.
– Вот… – пробормотала она чуть потерянно и ахнула, когда Багдасаров выхватил простынь из рук и подтолкнул Владу к лестнице, а там по ступеням вверх.
– Вы тут знакомьтесь, а мы за тройней! – опомнился он и пояснил на подступах ко второму этажу.
А дальше… уже не понятно, он тянул Владу выше или всё же она его. Очень хотелось ребёнка.
Нежась в лучах утреннего солнца, Влада не торопилась раскрывать глаза. Они так и не уехали. Остались погостить. Сначала на месяц, потом минул другой, а сейчас и седьмой на подходе.
Она прислушивалась к волшебным ощущениям внутри себя. Было волнительно и сладко. А ещё не покидало чувство, что Багдасаров тоже прислушивается. Да… это он сейчас задерживает дыхание, чтобы не разбудить её… Это он укрыл мягким пледом одну ножку и оголил другую. Чтобы температурный баланс был соблюдён! Это он наполнил комнату ароматом цветов. Наверняка снова опустошил розарий Гаяне… И, да, он уже знает, что Влада проснулась.