Под колёсами зашуршал мокрый гравий. Автомобиль свернул с асфальтированной дороги на заброшенную строительную площадку, где возвышался бетонный скелет недостроенного дома. Ещё через несколько секунд свет фар выхватил, помимо бетонных конструкций, поблёскивающий мокрым корпусом серый пикап. Один из тысяч, которые можно было встретить на улицах города.
Но именно этот был особенным.
Детектив выдохнул, его глаза, почти всегда прищуренные, сейчас были как у хищника, который разглядывал добычу.
Эта машина была практически идентична той, о которой упоминал случайный свидетель, даже не подозревавший, что видел убийцу. Серый цвет, изъеденное ржавчиной заднее левое крыло и жёлтая наклейка на бампере — всё, как тот и говорил. Да, она подходила, однако надо было проверить кое-что ещё.
Едва детектив Брилль вылез из машины под проливной дождь, как тут же промок до нитки, не спасало ни кожаное пальто, ни шляпа. Он не обратил внимания на это, сейчас его взгляд был устремлён на пикап.
У него не было ордера на обыск автомобиля, но это и не требовалось. Всё, что нужно, можно было увидеть и снаружи. На багажной двери пикапа была потёртая надпись «Столярные работы», которую было едва видно. Подойдя к кабине, он заглянул через стекло и разглядел два баллончика с красной краской на полу и лыжную маску.
Идеальное попадание: в двух местах преступлений были найдены опилки, и они уже прорабатывали теорию, что тот был связан как-то с древесиной. Над каждой жертвой убийца оставлял одну и ту же надпись красной краской — ведьма. Они даже определили изготовителя, и сейчас он мог разглядеть часть названия, которое уже знал наизусть.
Слишком много совпадений, чтобы было случайностью.
Детектив потянулся к рации. Движения были настолько привычными, что он даже не заметил, как это сделал.
— Диспетчер, это старший детектив Кондрат Брилль, значок девять-пять-восемь-шесть, запрашиваю подкрепление на адрес Сосновой аллеи, дом два. Обнаружил предположительное местоположение подозреваемого.
И в тот момент, когда диспетчер начал отвечать, на фоне шума дождя раздался едва различимый женский крик.
Последняя жертва, по счёту уже седьмая — она ещё была жива.
Кондрат схватился за пистолет, задрав голову, и почти сразу бросился в здание.
Ему было без разницы, кем были эти девушки, и почему маньяк считал их ведьмами. Он не оставит на растерзание этому подонку ещё одну жертву, пусть даже последнюю на его веку. В конце концов, за это ему и платят.
Он взбегал по лестнице всё выше и выше. Проскакивал этажи, которые за это время стали пристанищем наркоманов, вандалов, а теперь ещё и маньяков. Под ногами хрустело бетонное крошево и осколки стекла, а лёгкие постепенно начинали гореть от нагрузки.