— Кто ты такой? — спросил я, продолжая подбрасывать нож в руке.
Глеб потёр лоб и со вздохом спросил:
— Без этого мы не сдвинемся с места, верно?
— Какой ты догадливый, — ответил я, пожав плечами.
— Ладно, — он развёл руки в стороны, будто сдаваясь. — Ты победил.
Он прошёлся по кабинету туда-сюда, собираясь с мыслями. Потом резко остановился, повернулся ко мне и на одном выдохе выпалил:
— Я — Голос из подполья.
Я моргнул, переваривая услышанное. Потом ещё раз. А после сдавленно хохотнул. Не мог сдержаться. Забавно получается. Слишком уж много «голосов из подполья» на один квадратный метр.
— Что здесь смешного? — возмущённо спросил Глеб, насупившись.
— Ничего, — я покачал головой, возвращая себе каменное выражение лица, но губы всё равно предательски подрагивали. — Неожиданно просто. Продолжай, пожалуйста.
— Короче, — взъерошил он волосы, смутившись от моей реакции. — Я с детства увлёкся хакингом. Достаточно хорошо в этом поднаторел. Настолько хорошо, что меня чуть не посадили за взлом одного государственного портала. Пришлось идти на сделку. Указал им на дыры в защите, оказал пару услуг… Ну и Ларин подсуетился, чтобы меня не трогали. А потом сослал за границу «учиться». В общем-то, и всё.
Я внимательно его выслушал, но продолжал смотреть на него выжидающе. Это была не вся история. В ней не хватало той части, которая объясняла бы его нынешние поступки.
Глеб скуксился от моего взгляда. Он в очередной раз тяжело вздохнул, поняв, что отделаться полуправдой не выйдет.
— Я обещал завязать. Но, как ты понимаешь, не завязал. У меня на то были свои причины.
— Почему ты называешь отца по фамилии? — спросил я, решив уточнить ещё одну деталь, которая резала мой слух.
Глеб замялся. Стиснул челюсти, на скулах заиграли желваки.
— Это личное. Может, потом расскажу, — выдавил он.
Я покачал головой.
— Сейчас.
Глеб посверлил меня взглядом, но через пару секунд как-то сник и согласно кивнул.
— Хорошо. Я расскажу. Но и ты расскажешь мне, почему ты охотишься на Ларина. Думаю, это будет справедливо. Как-никак за тобой должок. Я твою задницу прикрыл дважды. И заметь, ничего не просил в ответ. Да и не попросил бы, если бы не сегодняшнее стечение обстоятельств.
Я склонил голову набок, обдумывая его слова. Так-то он прав. Он действительно избавил нас от некоторых проблем с законом. А я ещё голову ломал, почему это менты не вышли ещё на наш след и даже не заикнулись о машине. Харченко бы не упустил такую жирную улику. Обязательно бы уцепился за неё. А оказывается, что он просто ничего не видел.
— Справедливо, — наконец кивнул я. — Возможно, когда-нибудь продолжим этот разговор. Ладно, пойдём. Но смотри у меня, — я наставил на него палец, — подставишь — и тебе конец.