— Что по докам? — говорю тихо, чтобы Василий не услышал. — Твой знакомец всё подтвердил?
— Документы будут завтра, — кивает он, мельком глянув на сына. — Край — послезавтра,
— Остаток денег — сразу, как получу и проверю, — на всякий случай напоминаю я.
Тот с лёгким раздражением морщится. Но кивает. Потом оглядывается себе за спину. И слегка наклоняется ко мне.
— Ещё кое-что, — он понижает голос. — Этот китаец. Чжан Вэй его зовут. Живёт тут третий месяц, платит исправно. Но языком треплет много. Если он и вправду к «Драконам» побежит…
— Не побежит, — смотрю я ему в глаза. — Если даже добежит, то решим.
Дед Олег несколько секунду перваривает моё заявление. Потом медленно кивает.
— Верю. Но если что — нас в это не впутывай, — выпрямляется он.
Снова приходится сдерживать внутреннего зверя, который отчаянно рвётся наружу. Желая выплеснуть на старика всё, что думает о таком поведении.
Василий заканчивает монтировать замок. Он похоже и правда был почти установлен. Оба уходят вниз. А я толкаю дверь в студию.
Дарья лежала на кровати, натянув одеяло до подбородка. Мелко подрагивала, сверкая глазами в полутьме.
— Он ушел? — тихо сипит девушка.
— Ушел, — подтверждая я. — И больше не придёт.
Скомканную рубашку засовываю под свою кровать. Потом надо сжечь.
— Он успел что-то сделать? — подхожу я к девушке. — Или Тэкки-тап успел вовремя?
Она трясётся. Несколько секунд молчит, смотря на меня.
— Не успел, — наконец произносит дрожащим голосом. — И… Спасибо тебе. За то, что вытащил тогда. Не бросил… Сейчас тоже… Спасибо!
— Пожалуйста, — внутри довольно рычит внутренний зверь, которому эта похвала неожиданно приятна.
Взявшись за край одеяла, оттягиваю его в сторону. Девушка постепенно разжимает пальцы, позволив мне обнажить её. Наклоняюсь ниже. Подсвечиваю телефоном.
Беспокоит меня эта серая плоть. Та, что была в самом верхнем слое, уже давно отвалилась. Но остальная на месте. Как будто срослась. Дарья её не чувствует, но оторвать просто так не получается. И внутри её тоже полно.
Спустившись вниз, приношу миску с лапшой и чай. Кормлю её, наблюдая, как девушка жадно поглощает пищу. Истощённый организм требует калорий. Знакомое чувство.
Потом она засыпает. Почти сразу, как отодвинула пустую миску. Я накрываю её одеялом, проверяю замок на двери и спускаюсь в зал.
Лапшевня наполовину пуста. В нос бьют ароматы порта и пота. Сегодня тут в основном докеры. Машинально обращаю внимание, что научился игнорировать запахи, когда это не нужно. Удобно. И произошло как-то само по себе. На уровне рефлексов.
Бабуля Мэй за стойкой — протирает чашки, делает вид, что ничего не слышала. Тэкки-тап за столиком в углу, справа от входа. Прихлёбывает травяной чай и зыркает на посетителей. Старается, выполнить мою команду — «собирать слухи всегда и везде».