Полуэльф молчит. Пристально разглядывает меня. Потом разворачивается к своим полкам.
Через десяток секунд на стойку ложится набор. Регенерационные пастилки, мешочек с серым порошком, который надо было нанести на кожу и одна ампула с тёмно-синей жидкостью внутри. Пластиковая. Вроде тех, внутри которых продают пробиотики. Вернее продавали. В моём старом мире.
Первые восстановят мышцы, второй запустит процесс глубокого излечения и переработает осколки костей, а синяя жидкость обезболит процесс.
— Ещё, — добавляю, дождавшись пока он закончит говорить. — Старые документы всё. Имена засветились. Нужны новые. Полностью. Твоя подруга сможет помочь?
Владислав смотрит на меня, наклонив голову вбок.
— Может быть, — наконец роняет остроухий. — Напиши. Спроси. Я вас свёл, дальше сам.
Выкладываю на стойку банкноты. Думаю, стоит ли рассказывать, что уже написал. Решаю, что это может подождать.
— До встречи, — киваю эльфу, который содрал с меня целых три сотни.
Тот молчит. Только думает о чём-то и пялится, отпивая янтарную жидкость всё из той же мензурки. Надеюсь не о том, как меня сдать, размышляет.
На обратном пути хочется бежать. Варраз умирает, пока я топчу асфальт. Но нельзя. Дрон проходит слева — укрываюсь за мусорный бак.
На крохотном перекрёстке — голоса. Тихие, приглушённые. Двое. Курево, грязный пот. Не патруль — «Кролики». Или их «вассалы».
— Девку и двух зелёных… Чубатый сказал прочесать всё от складов…
— Как найдём, развеемся, — отвечает второй. — Тёлку сказали, можно будет насаживать, пока не сдохнет.
Оба ржут. А я достаю нож. Прыжок. Лезвие входит в шею. Проворачиваю.
Ещё один застывает с открытым ртом и сигаретой в руках. Как раз подпаливал — обе руки заняты. Нож входит в подбородок снизу вверх. Курение, вредно для здоровья. Кирилл Зимин предупреждает.
Теперь дальше. К нашему временному убежищу. Вот и заброшенная мануфактура.
Лестница. Тёмный коридор. Запах крови Тэкки. Щелчок взведённого пистолета — Дарья оттягивает боёк.
Девушка опускает ствол сразу, как я тихо озвучиваю, что это не враг. Лицо перекошено от напряжения. Всё вокруг в крови
— Хреново ему, — хрипло озвучивает рыжеволосая. — Я уже думала сдохнет. Кровь постоянно идёт и еле дышит.
Тэкки в бессознанке. Дыхание рваное, со свистом. Но дышит. Это главное.
Опускаюсь рядом на колени. Достаю набор Владислава. С хрустом откручиваю герметичную крышку пластиковой ампулы.
Синяя жидкость оказалась вязкой. Пахла спиртом и резкой, выедающей рецепторы травяной горечью. Я приподнял голову Тэкки, разжал ему челюсти и влил содержимое в рот. Варраз закашлялся, скривился и едва не выплюнул. Но всё же проглотил.