Родной ребёнок. Но не чужой. С точки зрения Егора.
Как же больно и горько это осознавать! Как будто прозрела и увидела гниль под маской нарядного брака. Хочется плакать от чувства собственного унижения и бессилия…
Да чего я вообще голову ломаю, пытаясь докопаться до его мотивов? То, что случилось, не изменишь. Не сотрёшь из памяти. Не выдолбишь из сердца.
Мне не нужно остывать. Уже завтра я позвоню мастеру попрошу сменить замок. Вот и проверим, что Егор примет в таком случае – неужели хватит совести выкинуть нас на улицу, если не захочет делить квартиру?
А развод всё равно состоится. Мне нужно собраться с мыслями, взять себя в руки, найти хорошего адвоката. Не только ради себя, но и ради ребёнка.
С такими мыслями, я направляюсь в ванную, но не успеваю и шага сделать – ноги подкашиваются, на меня обрушивается темнота.
Медленно, с трудом мне удалось открыть глаза, но я не сразу сориентировалась, где я нахожусь и что произошло?
Мебель в квартире будто вращалась вокруг меня, расплывалась… и мне показалось, я перестала чувствовать собственное тело вообще. Пока не поняла, что очнулась от трели мобильного телефона, так противно играющей где-то рядом.
Придерживаясь за стену, поднялась и добрела тумбочки, нажав на зелёную кнопку на экране смартфона. Это была воспитательница Милы, она сообщила, что сад закроется через пять минут.
Как закроется? Который час?
В ужасе понимаю, уже почти семь вечера.
– Маргарита Олеговна, у нас уже все родители давно забрали детей, а Мила всё ещё ждёт вас! Мы не можем задерживать персонал.
Меня словно окатило ледяной водой от этих слов, мигом приводя в чувства. Я с трудом проговорила:
– Простите пожалуйста, скоро буду!
– Ладно уж, подождём чуть-чуть… Поторопитесь! – не слишком любезным тоном бросила женщина и отключилась.
У меня была всего минута, чтобы собраться.
Я выскочила из такси ещё до того, как оно успело полностью остановиться у садика. Уже с порога увидела свою малышку, рядом с воспитательницей.
Мила стояла с понурым видом и всматривалась в лица спешащих по своим делам людей, в надежде узнать кого-то из родителей. Когда малышка увидела меня, её глазки зажглись:
– Мамочка! – радостно закричала, вырвавшись из рук воспитательницы, бросившись мне навстречу.
Я поймала кроху в объятия и крепко прижала к груди:
– Прости меня, милая… – прошептала, целуя взъерошенные волосы дочки. – Больше такого не повторится, обещаю… Я всегда буду рядом!
Вернувшись домой, отправилась разогревать ужин по многочисленным просьбам проголодавшейся Милы, а она, тем временем, принялась возиться со своими куклами на ковре в комнате.