Почему я не поняла раньше? Почему⁈’
Эта запись осталась одной из последних в дневниках императрицы Альбины. Она сделала ее до того, как отправилась на Дикий в последний раз. Трактовали ее однозначно: Альбина боялась, что если не победит Кенора Сутра — Мертвого Короля, он нанесет огромный вред Сайнессу. Отправится со своими нгор’о прямиком в Лайт, или разрушит Стену Регана… В общем, ее поступок считался логичным. А то, что она не ввязалась в эту схватку раньше, объясняли очередной войной в Викинде, где Альбине приходилось участвовать и в переговорах, и в сражениях. Местные сепаратисты раскопали замок со времен Эпохи Магии, и нашли несколько артефактов тех времен. Без Волшебницы справиться с ними не могли.
Ила очень подробно изучала эту историю, и формальная причина затянуть с путешествием на Дикий у Альбины была. Но все говорило о том, что о появлении Мертвого Короля она узнала до этого. Если она понимала, какая опасность от него исходит, почему ничего не сделала раньше?
И самое главное… «Сердце Элессанра». Историки Императорского Дома сходились во мнении, что Элессанр — это, на самом деле, Лессан. Два разных имени, которые иногда путали из–за похожих сокращений: Лесс, Лесса. И Лессаном звали старшего брата Альбины, умершего в возрасте двух с небольшим кругов от могущественной лихорадки. Считалось, что Альбина каким-то образом хотела… воскресить брата. В связи с этим даже возникла теория, что Мертвый Король, находясь на вершине своего могущества, способен воскрешать из мертвых. Не создавать мертвецов, а возвращать к полноценной жизни умерших.
Ила сомневалась. Не насчет способностей Мертвого Короля, об этом она мало знала, а о мотивации императрицы. Альбина родилась за схождение до того, как ее старший брат умер, знакома она с ним не была. Такой памятью, чтобы помнить себя в младенчестве, Волшебница не обладала, иначе бы она вряд ли вела дневники.
Принцесса даже немного стыдилась этого, но она не понимала, откуда у Альбины могло возникнуть желание спасти именно Лессана. Почему не других людей? В Викинде в боях с альянсом Старой Луны погибло несколько защитников императрицы. Почему она не хотела вернуть их? Или, если уж на то пошло, почему не свою маму? Все матери Волшебниц умирали при родах, и Альбина не была исключением. С Илой произошло то же самое, и ею не владела навязчивая идея о том, чтобы как-то свою маму воскресить. Если бы она знала способ, конечно, она бы это сделала, но такого даже в Эпоху Магии не умели. Потому Ила не корила себя за смерть мамы.
— И ты совершенно права , — заметила негромко Диана.