Хуманы переглянулись и заулыбались.
— Ладно тебе, ладно, успокойся, гляди, как разошёлся, — хохотнул старик, подмигнув Гобле. — Это вот, — кивнул он на автомат, который мальчик держал в руках, — чего за… э… хрень такая?
Тут и Калин не выдержал, заулыбался.
— Не хрень это, Карман, а автоматическое оружие, — сквозь смех выдавил мальчуган.
Совершенно неожиданно для всех старик, состроив гримасу, передразнивая Калина «отжёг»:
— Ла-ла-ла, Карман, ла-ла-ла, оружие — вот всё, что я понял. Ай, ладно, — махнул он рукой, — всё равно мы друг друга не понимаем, лучше наглядно потом покажешь.
— Не, Карман, не покажу. Патронов тут нет. Тут вообще нихрена нету, вымели всё подчистую. Я так надеялся на оружейку, думал, гранаты, автоматы или пулемёт какой найду, а тут… — мальчик горестно вздохнул, — всего два ствола, и те пустые. Ну, хоть шмотки тактические есть, и на том спасибо, хотя их ещё на прочность проверить надо, может, кирдык им давно, только с виду целые. Ладно, пошли дальше смотреть, — положил он бесполезное оружие назад, на полку. — Может, и найдётся хоть что-то, не съели же они их, в конце концов.
Четвёртого покойника нашли в замечательном, как заметил Калин, массажном кресле, в комнате отдыха, с комфортом сидящего перед большим монитором. Вокруг валялось множество пустых бутылок от спиртного, тарелок и вскрытых коробок сухпайка. У ног покойника стоял пластиковый ящик. Март осторожно своим копьём сдвинул в сторону крышку — две запечатанные бутылки всё ещё лежали на дне в целости и сохранности.
— Коньяк с двухтысячелетней выдержкой, — усмехнулся Калин. — Кир с Горынычем бы удавились на месте, увидев эдакое счастье.
— Кто такие? — поинтересовался Карман. — Неужели это пойло такое ценное? — указал он взглядом на бутылки.
— Ну-у… — протянул мальчик, потирая шею, — чем старее конина, тем она лучше — так говорил Кир, когда, жмурясь от кайфа, смаковал коньяк почти столетней выдержки, а тут минимум две тысячи лет. Вот и прикинь. А Кир с Горынычем те ещё эстеты–дегустаторы. Кир — мой друг из прошлой жизни, а второй — его братец близнец, паскуда та ещё, но кадр нужный.
— Не друг тебе?
— Не, не друг, но приходилось с ним считаться и сотрудничать. Ай, ладно, не трави душу расспросами, — отмахнулся Калин от дальнейшего разговора на эту тему и продолжил осмотр помещения.
— Хорошо умер, спокойно, — подметил Гобла, осматривая тело. — Видимо, он последний остался. О, что это? Калин, — позвал Гобла парнишку, уже запустившего свои руки на полки шкафов, и указал на торчащий из-под кресла уголок книги. — Глянь, что я нашёл.