Стелла говорила, а её глаза горели восхищением.
— Но, если он слабый механоид, разве он мог уничтожить тварь шестого тира?
— Он сделал невозможное. Успел в последние секунды. Не позволил нам заразиться патогеном. Тогда ведь не было вакцины. Тогда не было пси-подавителей. Но одно его присутствие меняло всё. И даже жуткое, чудовищное давление от ауры эфирной копии претора. После этого момента отчаяния последующие несчастья, случавшиеся со мной, казались чем-то незначительным. До момента, пока он не погиб. Тогда мой мир затянула тьма. Пришлось заново учиться не бояться окружающую реальность. Это время меня закалило. С тех пор прошло много лет, я уже не та наивная девочка. На мою голову за последний год свалилось много неприятностей. Смерть деда, неурядицы в семье и бесконечно любимая работа, в которую я окунулась с головой, чтобы сбежать от проблем. Итогом этого стало выгорание, непонимание целей жизни и полное безразличие. Мне даже поставили диагноз — диссоциативное расстройство неделю назад. Лечение назначили. Сын настаивал начать его сразу же. Едва ли не силой потащил меня в пансионат на лечение. Отбилась от него, свалив на очередную «сверхважную» конференцию.
Женщина печально усмехнулась.
— Когда на нас напали, когда мы бежали, падали, толкались. Сражались за свою жизнь. В голове вопросов не было. Был лишь бег в темноте, в пустоте. И Ксилус.Паук. Как призрак из прошлого. И вдруг в этой ситуации отчаяния и полной безнадеги в мире, куда не могут попасть механоиды. На планете, где нет связи. Далеко от семьи, друзей, работы и проблем. Я вдруг пересмотрела всё. Пересмотрела жизнь. Пересмотрела поведение. И у меня даже появилась мечта. Невозможная. Но в момент, когда щит пищал о низком заряде, я вдруг поняла, что могу петь. То, чего я не могла сделать последние сорок лет. В момент отчаяния. В момент смерти. Перед глазами я видела не паука, а Капитана.
Она затихла.
— Но вы не пели, — заметил.
— Стоило мне запеть первые слова, как случилось невозможное. Выстрелы штурмовой винтовки стали для меня самым желанным звуком в этом мире. И два силуэта, похожие на механоидов — я как будто испытала дежавю, но в ещё более сложных и нереальных условиях. Знаете, глядя на вас двоих, вступивших в груз света, моя жизнь снова налилась цветами и обрела краски. И за это я хочу вас сказать спасибо.
— Всегда пожалуйста, — улыбнулся я.
— Могу я для вас что-нибудь сделать?
Я задумался.
— Живите. Пойте. Будьте счастливы. Больше ничего.
Женщина посмотрела на меня со странной нежностью.
— Вы так напоминаете Капитана. Не внешне. Вы другой. Но вот аурой. От вашего присутствия так спокойно.