Я словно горел. Горел как маленькое солнце и своим светом спасал союзников и уничтожал врагов.
— Вперед! Дави! — заревел я тогда, вложив всю силу в боевой клич. Мои топоры, все еще сияющие багрово-золотым светом, взметнулись вверх, и я шагнул вперед. Земля под ногами была скользкой от крови, но я не останавливался. За мной пошли парни. Те, чьи глаза горели той же яростью, что и мои. Мы двинулись как единый кулак, пробивая брешь во вражеском строю. Я рубил направо и налево, не глядя, кто падает. Их лица сливались в одно сплошное пятно страха и боли. Они пятились, спотыкались о тела своих же товарищей, пытались бежать, но мы не давали им ни шанса. Баллисты со стен продолжали стрелять, и каждый болт находил свою цель, разрывая врагов на куски. Мы гнали их прочь от стен, прочь от города, в сторону темной стены джунглей, что маячила впереди.
Воздух снова сгустился. Второй огненный шар сорвался со стены. Он пронесся над нашими головами, оставляя за собой шлейф искр, и ударил в бегущую гущу врагов, что пытались перегруппироваться у кромки леса. Взрыв был ярче первого. Ослепительный сноп огня поднялся к небу, и земля содрогнулась так, что я едва устоял на ногах. Деревья вспыхнули, словно сухие факелы, а те враги, что уцелели, закричали и бросились врассыпную. Их строй окончательно рухнул. Они бежали, сломленные, охваченные паникой. Мы не дали им уйти далеко.
Преследование началось сразу. Мы ворвались в джунгли за ними, пробираясь сквозь густые заросли лиан и колючих кустов. Ветки хлестали по лицу, цеплялись за доспехи, но я не чувствовал боли. Только азарт, только жажду добить их до конца. Мои топоры мелькали в полумраке леса, вырубая путь сквозь врагов, что пытались спрятаться за деревьями. Справа от меня бежал Хакон, здоровяк с севера, его молот размазывал головы врагов в кровавое месиво. Слева — юный Торн, чья рапира была уже вся испещрена зазубринами. Мы гнали их через джунгли, не давая передышки, не давая собраться.
Наконец, деревья расступились, и мы вырвались на пляж. Песок хрустел под сапогами, волны бились о берег. Остатки жалкой армии врагов, толпились у воды. Они пытались спастись, карабкались в лодки, что качались на мелководье, толкали друг друга в панике, лишь бы добраться до кораблей, что маячили вдали, на горизонте, но они не успеют. Мы не дадим им отплыть.
— Сдавайтесь! — рявкнул я, шагнув вперед. Мой голос перекрыл шум моря и вопли убегающих. Я вскинул топоры, и их сияние отразилось в воде, бросив багровые блики на лица врагов. Они замерли. Те, кто уже был в лодках, выронили весла, те, кто еще стоял на берегу, побросали оружие.