— И никто тебе об этом не рассказал?
— У меня друзей не было. Приятели да, но вот с друзьями как-то… не срослось. В общем я, когда узнал про девушку, немного с резьбы сорвался. В институте конфликт случился, пришлось бросать все и бежать за помощью к военкому. Пошел в армию, попал в автомобильную роту. Возил генерала на черной волге антикварной, — усмехнулся я.
— И вместе с ним на войну уехал?
— Нет. Случилась не очень приятная история, не хочу рассказывать. В общем, я помог знакомой его знакомой, и в благодарность этого после года службы я уехал в денежную командировку. Также, водителем — от Министерства Обороны, но по гражданскому контракту. Не всем же быть профессиональными убийцами человеков, кто-то же должен им еду и патроны подвозить.
— И где ты был?
— В Африке.
— В Африке боевые действия идут?
— В центральной Африке в нескольких странах гражданские войны идут годами, только это по телевизору не показывают.
— И там наши есть?
— Наши теперь много где есть.
— Страшно было?
— Ну, в Купчино мне иногда страшнее было, — засмеялся я. — В Купчино по мне стреляли два раза, в Африке по мне тоже стреляли два раза. Правда в Африке долбили из более тяжелого. В общем, денег я там заработал неплохо, вернулся в Питер. И узнал, что бабушка умерла. Она оказывается заболела сильно и попросила мне не сообщать, как все ясно стало. Только письмо оставила. В нем поспросила прощения и рассказала, что очень хотела бы, но просто не смогла меня любить из-за отца. Я на него очень похож.
— Грустно, — вздохнула Марина.
— Как есть. Квартира от нее осталась, она на меня завещание написала. Деньги были. С контракта как вернулся, из России уехал, по миру покатался. Вьетнам, Индия — там совсем недолго, не понравилось, потом Бали, Куба, потом собрался дальше по Латинской Америке…
— Европа?
— Европу я в детстве повидал достаточно.
— А, ну да.
— На Кубе с Натальей встретился, вроде как совершенно случайно. Она обрадовалась, обещала пристроить меня по старой памяти. Пару месяцев правда дома сидел должности ждал, в игрушки шпилил.
Судя по взгляду Марины, она почувствовала, что я недоговариваю. Я и правда не сказал всего: после того как вернулся в Россию, покопался в сети и у меня появились догадки что интерес Натальи в моем трудоустройстве может быть продиктован не совсем теплыми чувствами. Ведь весьма прибыльный бизнес отца поменял владельцев, а по некоторым крупицам информации я начал подозревать что некоторые плюшки от его раздела получила Наталья со своим мужем. И одна из плюшек — та самая компания, куда она меня устроила на высокооплачиваемую синекуру.