Не должен так никто никогда лежать.
Аккуратно подойдя к центру круга, взялся за рукоять ритуального меча. Рывок, и руки жертв оказались освобождены. Ритуальный клинок оказался тонкий, вышел почти без усилия — я даже назад отшатнулся, потому что не ожидал такой легкости.
Прикосновение к ритуальному мечу вызвало у меня прилив отвращения. Очень неприятное ощущение — холодная сухость, словно змею в руки взял. Невольно я отбросил меч в снег за границы круга, зябко передернув плечами от отвращения. И после этого присел рядом с демонического облика девушкой и поправил ее руки, положив вдоль тела. Получилось легко — тело еще теплое, признаков окоченения даже близко нет.
Взявшись за плотную ткань, я снял повязку с лица странной девушки. Глаза закрыты, веки подведенные — нарисованы густые и крупные арабские стрелки, какие в обычной жизни не увидишь, только в кино или на показах мод.
Вместе со стрелками макияжа глаза демонессы, даже закрытые, выглядели нечеловечески большими. И макияж ее скорее всего не макияж, а татуировка — орнамент поднимается от шеи к вискам, стрелки на глазах его естественное окончание.
Присмотревшись, сравнивая рисунок на висках демонической девушки с остальным орнаментом, я вдруг понял, что татуировка на плечах и шее начинает слабо отсвечивать алым сиянием. Причем она пульсирует в такт рубину в оголовье кинжала, воткнутого жертве в середину груди. Но не успел я полностью рассмотреть и осознать увиденное, как мертвая демоническая красотка открыла глаза.
Необычные, совершенно нечеловеческие: радужка красная, алая, и черный вертикальный зрачок. От испуга неожиданности я выругался и едва не отшатнулся. Демоническая красотка, словно очнувшись от долгого болезненного беспамятства, протяжно застонала, лицо ее исказило гримасой боли. И вдруг она выдала несколько коротких фраз, смысл которых дошел до меня не сразу.
Мысль на самом краю сознания о том, что все происходящее — галлюцинации, стала немного ближе. Потому что высказалась красноглазая девушка демонического облика на русском. Причем на русском непечатном, еще и весьма многоэтажной конструкцией.
Выругавшись вполне себе на великом и могучем, демоническая красотка приподнялась на локте. Морщась от боли, глядя своими красными глазами с вертикальными зрачками, она вдруг потянула ко мне руку, словно для рукопожатия. При этом действовала демоническая красотка, совершенно не обращая внимания на воткнутый в грудь ритуальный кинжал.
— Ты говоришь по-русски? — спросил я.
Ну, такой себе вопрос конечно, вот только ничего более путного мой понятийный аппарат в этой ситуации выдать не смог.