— Чего ты загрузился? — продолжая активно запихиваться едой, поинтересовалась Крапива.
— Да вот думаю, тварь я дрожащая или право имею. Носорог или крыса… Я без тебя и полпункта плана не придумал. Думал не в том направлении и рефлексировал. Я тебе говорил, что ты лучшая девушка во Вселенной?
— Не помню. Если и говорил, то я забыла. Такие вещи надо почаще повторять!
— Ты лучшая девушка во Вселенной!
— Но вряд ли самая красивая, — Крапива закатала рукав халата и показала бицепс. Смотрелось ужасно. Рука была не тоще двух моих пальцев.
Я подошёл и обнял её невесомое тельце.
— Самая лучшая во всех смыслах.
— Не врёшь!
— Я никогда не вру.
Вместо привычного хмыканья или хихиканья девушка неожиданно расплакалась.
— Сейчас… Просто столько всего… Это было больно… — она всхлипывала, но продолжала говорить, — Сначала эта заморозка дебильная. Очень больно… Потом эта сраная регенерация… Тоже больно… Я так рада, что это кончилось… Потом в себя прихожу, а сама выгляжу, как баба Яга на диете… Ох… Просто посиди со мной.
Больше мы дела не обсуждали. Я наболтал девушке ещё спортивного питания, после чего мы поднялись в спальню, где я просидел рядом с Крапивой, пока она не заснула.
Хорошо. Я смогу без сна ещё немного посидеть. Тем более что есть над чем подумать. Когда мысли принимают более продуктивное направление, сразу появляется много этих самых мыслей. И некоторые совсем новые. Я действительно погрузился в идею убежать и спрятаться, стать незаметным. Это всё имеет смысл, если есть ответ на вопрос «зачем?». А если ответа нет или этот вопрос даже не задаётся, то ты уже проиграл. Мысли неожиданно скакнули на тётку-телекинетика и мужика-морозильника. Они атаковали нас просто потому, что посчитали имперцами. Бесстрашные типы. Глупая атака. Но, блин, они не испугались. И будь на нашем месте настоящие имперские солдаты или техники, им бы не поздоровилось. А атакующие бы получили множество ценной информации и стали сильнее.
В общем, надо постараться к пробуждению Крапивы придумать более-менее разумный план или хотя бы его часть. Конечно, очень бы помогло, если бы я мог что-то о себе вспомнить. А то хрен его знает, кто я такой и что на самом деле умею. Вот Крапива, оказывается, так стрелять может, что даже тонгера выносит неизвестно куда. Мы возвращаем себе способности, но, к сожалению, память не восстанавливается.
Когда через десять часов Крапива проснулась, я сообщил, что внизу её ждёт куча еды, а мне надо поспать. Если я что и придумал, то обсуждать это в любом случае хотел на свежую голову, поэтому, как только Крапива встала, я просто нырнул на её место и отрубился.