Рядом лежал ещё один меч, покороче. Его руны светились голубоватым, и я различил знаки Холода и Заморозки. Ледяной клинок, значит. Логично. Где огонь, там и лёд.
— Тоже пара. — заключил сержант. — Лейтенант, не против если я возьму ледышку?
— Нет, — хищно усмехнулся Стейни. — Огненный весьма пригодится в деле. У моего деда похожий клинок, мне доводилось с ним драться.
Оружия было не много, да и не рискнул Стейни брать ничего что чуть отличалось от рунного, оставляя всё на потом, а вот в свитки полезли нагло, хотя на полках их было восемь штук. У каждого своё личное место, подставка, даже тесемки, связывающие свитки были разными по цветам.
Стейни взял первый свиток, тот, что был обмотан темно-красной тесьмой. Развернул его осторожно, словно опасаясь, что древний пергамент рассыплется в руках. Я видел, как его глаза пробежались по строкам, и лицо стало задумчивым.
— Техника Рассеивающей Длани, — прочитал он вслух. — Базовая техника для практиков Открытой Ладони. Связка из пяти движений, позволяющая рассеивать прямые атаки этера противника. Неплохо, на будущее.
Леви взял следующий, с зелёной тесьмой. Его содержимое заставило сержанта присвистнуть.
— Три Шага Теневого Волка. Техника перемещения для воинов в лёгкой броне. Мастер этой техники может пройти через строй копейщиков, не получив ни царапины.
— А если там пять линий? — скривился лейтенант. — Для шпиона, и работы в городе может и подойдет, а так, средней паршивости.
Забавно, а я заметил интересное пересечение техник и навыков. Там тоже описание, оторви и выбрось, половину додумывать надо.
Третий свиток оказался боевой связкой для копейщиков — Семь Пронзающих Игл. Судя по описанию, это была серия ударов, каждый из которых наносился в строго определённую точку, создавая цепочку, которую невозможно прервать. И последний удар был самым сильным. Эта техника понравилась всем.
Но потом Леви взял ближайший свиток, тот, что был обмотан потускневшей золотой тесьмой. Развернул, и я увидел, как его лицо изменилось, стало более серьезным.
— Что там? — я не выдержал.
— Непонятно, — буркнул сержант, поворачивая свиток то так, то этак. — Язык какой-то древний. Не наш точно.
Я подошёл ближе. Символы на пергаменте были совершенно незнакомыми. Не руны, хотя что-то отдалённо напоминало их структуру. Скорее иероглифы, выведенные тонкими, изящными линиями, каждый знак словно был произведением искусства. Между строками виднелись небольшие рисунки, эдакие схематичные изображения человеческих фигур в каких-то странных позах.
— Может, это техника боя? — предположил я. — Судя по рисункам.