Ну, да. Сказал, как обухом по башке. С ноги вломиться как к себе домой на поле чужой брани и походя раскидать стаю псин, которые, со слов местных, рвут окружающих на части похлеще приснопамятного Тузика грелки — это «незаметно»? Ну, да, ну, да… Конечно…
Голос подала Алина.
— Но и взаправду, путешествие протекает менее… напряжённо, нежели ожидалось. Мы готовились противостоять зверю, равных которому ещё не знали. До сих пор же нам… удавалось сохранить своё присутствие в тайне.
Яна улыбнулась словам дочери.
— А как же иначе, моя милая? Вас ведёт умудрённый ратным опытом военачальник, для которого сбережение ваших жизней дороже боевой славы. Махая мечом, вломиться в оголтелую атаку любой дурак способен. Куда важнее свершить то, что поручено.
— Потому и была избрана тактика инфильтрации малой группой, — кивнул я. — Большая армия или экспедиция создавала бы большой шум и была бы заметной. Пока что нам удаётся следовать плану.
— Как и нам, — подал голос Протопопов. — Благодаря Бериславу, удалось провести в Первоуральск сотни рабочих рук и сотни телег обоза, запряжённые сотнями тягловых животных. Сей день растрачен на логистику и размещение людей со скарбом. С последующего же дня все привлечённые станут заготавливать ресурсы для ускоренного возведения фортификаций.
— Был разговор о какой-то конкретной точке, куда нам надо будет выйти, — напомнил ему. — Не появилось точных координат?
— Не без этого, — подтвердил офицер. — Опосля трапезы выкажу тебе карту. Ты явно умеешь с ней работать. Обнаружишь то место на берегу своим летучим оком.
Одной проблемой меньше.
А вот на Морозова смотреть было жалко. Даже взгляд Ветраны говорил, что с её отцом что-то не так. На лицо (и на лице заодно, пользуясь случаем) следы капитального утомления.
— Не высыпаешься? — спросил я Властислава. — Выглядишь так, будто днями и ночами от литейных печей не отходишь.
Уголок рта светлейшего князя Морозова дёрнулся в едва заметной ухмылке.
— Почти что прав, Александр Александрович. Великий Император Всероссийский выдал такой план по производству орудий и стрелятельных припасов, что вся мануфактура перешла на трёхсменный режим выпуска. Мы не были готовы к такому. Пришлось ретиво перестраивать многие производственные цепочки.
Отсель врагу грозить мы будем
После еды образовалось некоторое время, которое каждый был волен потратить на собственное усмотрение. Отдых, как-никак. Кто-то прилёг переваривать принятую пищу, кто-то убыл заниматься своими делами. У меня же образовался самый натуральный, мать его, приёмный день. Один за другим ко мне подходили люди (не скрою, не последние для меня в этом мире), дипломатично выжидая для разговора тет-а-тет.