Чёрная, выжженная от сильного огня земля, воронки, оставленные от масштабных взрывов, в некоторых местах — следы столкновений разных стихий и хорошо ощущаемые магическим чутьём остаточные следы сильных эмоций. Последнее происходит лишь в тех случаях, когда человек умирает в мучениях, а тут, такое ощущение, все Изменённые каравана умерли так.
— Вот же… — я услышал, как идущая рядом Рэм витиевато выругалась, нисколько не стесняясь в выражениях.
— Ва’йан, срочно осмотри окрестности, нужно убедиться, что те, кто это сотворил с караваном, ушли! Рэм… РЭМ!
— А? — очнулась она от своих мыслей, глянув на меня.
— Соберись, надо проверить, есть ли выжившие. Ты бери северную часть, я — южную. Вроде опытная наёмница, а от вида этой разрухи в ступоре оказалась.
— Ты не понимаешь, чтобы сотворить такое с караваном, тут должны были поработать Изменённые последних ступеней. Монстров такой силы на этом ярусе просто не существует. Да мы даже не слышали, как их тут положили всех. Получается, накрыли почти что одним ударом. Ну или очень быстро.
— И что это меняет? Нападающих тут, очевидно, нет. Значит, пока нам ничего не угрожает. Вот и займись делом.
Мы разошлись в разные стороны, обходя чёрные, обгорелые останки техники Арзов, от которой до сих пор шёл такой жар, словно они побывали в жерле какого-нибудь вулкана. Приближаться близко к этим остовам мне откровенно не хотелось, да и смысла не было — всё равно находящиеся в них люди выжить никак не могли.
Здравый смысл нашёптывал самый правильный вариант — наплевать на все предписания Искателей, чьи правила говорили об обязательной помощи любому попавшему в беду каравану, и просто уходить. От греха подальше, как говорили местные. Но… что-то удерживало от этого. Интуиция нашёптывала мне, что перед этим следует разобраться в том, кто напал на этих людей, и желательно понять, почему. Впрочем, насчёт последнего особых надежд не питал — я ни разу не дознаватель и не сыщик.
Но, кое-что всё же могу. Убедившись, что рядом нет никого живого, присел у одного из пепелищ и вывел прямо на земле, всё ещё остающейся горячей, руну поиска, затем — познания, и последним — глиф смерти.
На выведение нужного рисунка вокруг этих трёх рун пришлось потратить ещё несколько минут. На этот раз моё творение нельзя было назвать простым. Без ложной гордости считаю, что это уровень уже полноценного руника-мастера, а то и выше. Прежде всего по исполнению, а не по объёму используемой в плетении магической силы. А ещё в моём родном мире это была запрещённая магия…
Печать общения с мёртвыми. Ну, технически, это заклинание раздела некромантии, но оно работает лишь с теми душами, которые ещё не успели уйти за порог. День или два, и от этого заклинания не было бы толку.