— Да нет, всё нормально. Чего хотел? — моргнул я, возвращаясь в реальность.
— У меня нарисовался план получше, как насолить этим козлам. У них есть фабрики, на которых они гребут деньги лопатой. Давай начнём с них, а? Но если нас поймают, попадём по полной программе, — усмехнулся он, не отрывая глаз от дороги.
В принципе, мысль здравая: удар по кошельку им будет, как соль на рану.
— Не волнуйся за это: туда я пойду один! А ты останешься в машине… — ответил ему. Честно, не хочу втягивать Распутина в родовые разборки
— Эй, так что я теперь простой шофёр? — возмутился Гришаня так, что машина дёрнулась, и нас едва не выбросило с дороги. Ещё чуть-чуть, и мы бы устроили незапланированный полёт в кювет.
Потом он немного подумал и заявил, что согласен, ведь от водилы зависит успех операции на все сто процентов. Мол, вовремя поданная машина — залог спасения. Тут он, возможно, и прав. Хотя с его навыками вождения мы, скорее всего, устроим гонку на выживание.
Позже
Имение Радугиных
Элегантное утро распахнуло свои золотые шторы, заливая город мягким светом, но в кабинете графа Руслана Радугина царил полумрак и напряжение, словно сама атмосфера пропиталась беспокойством хозяина. Стены, украшенные тяжёлыми бархатными обоями тёмно-бордового цвета, поглощали свет, придавая комнате вид величественного, но мрачного замка. Картины с видами греческих пейзажей висели ровными рядами, намекая на любовь графа к античной эстетике, хотя, вероятно, он просто считал их дорогими, и поэтому достойными.
— Эй, скажи служанке, чтобы побольше сливок добавила в кофе… и ни грамма сахара! — граф Радугин с утра явно был не в духе. Его голос прорезал тишину, как нож скальпеля.
— Слушаюсь, господин! — худой лакей в парике низко склонился, что чуть лбом пол не прошиб, а затем вылетел пулей из кабинета.
Радугин вцепился в подлокотники кресла и нервно барабанил пальцами. На нём уже с самого утра был надет дорогой костюм, который идеально сидел на его тучной фигуре. Сам же граф красотой не блистал: лицо у него было отвислое, как у бульдога, пережившего плохой день. Зато богатства и влияния у него было достаточно для шикарной жизни. Деньги текли рекой из многочисленных предприятий, вливаясь в бездонную бездну семейных счетов, и он тратил их с размахом человека, убеждённого в своей бессмертности и непогрешимости. И плевать он хотел, кто там его не любит: Руслан Радугин привык брать всё силой, обманом или подкупом.
— Ну что, орлы крылатые, обделались? — язвительно протянул граф, обращаясь к капитану своей личной гвардии, стоявшему напротив.