— А ты куда-то спешишь? — ответил я, непринужденно ухмыльнувшись.
— Так пора уже.
— Я бы на твоем месте не торопился. Тебя там ничего хорошего не ждет, будь уверен.
— Откуда тебе знать? Только не рассказывай про Ад и всякую такую дичь…
Я в голос рассмеялся, будто бы вспомнил самый смешной анекдот в своей жизни.
— Тебе про меня рассказывали?
— Ага. Ты Волконский, чинуш, алкаш…
— И неужели ты, дурная голова, думаешь, что дебил Волконский смог бы перевалить столько народу? Что от него отскакивали бы молнии, а огонь отказывался пожрать его плоть? Что стволы по нему не стреляют и гранаты летят обратно к бросившим? Что он, в конце концов, умеет так вот просто поднимать мертвецов и вести с ними беседы?
Покойник не ответил. Всякой мимики вернувшийся с того света был лишен, и потому судить об оказанном эффекте или его отсутствии не представлялось возможным.
— Так вот, отвечая на твой вопрос: я знаю, потому что именно оттуда явился. Волконского уже полгода, как нет, а я пилотирую его поганую тушу. По ваши души пришел, и многие другие кроме вас. Те искры, что в пепел жгли твоих ублюдочных дружков — адское пламя, те ловушки, каких вы заметить не могли, от самой Преисподней запитаны. Так знай же, что совсем скоро благодарен будешь за каждую лишнюю секунду, проведенную тут, в покое моего убежища. Потому что это одна лишняя секунда, проведенная не там.
Через нашу с ним ритуальную связь моего сознания достиг отголосок эмоции — страха. Купился. Пусть. Все это шапито я затеял с одной лишь целью — отплатить паршивцу хоть немного за то, что он наворотил. Пусть хотя бы последний отрезок его пути к перерождению будет наполнен ужасом и попытками изо всех сил сопротивляться. Мелочь, а приятно.
Но потехе час, а делу время. Я вернулся к сути нашей задушевной беседы:
— Дальше что было?
— Дальше — разговор, уже в расположении части, в кабинете особиста. Сделали предложение, от которого невозможно отказаться. Либо расстрел у стеночки, либо возможность поработать на уважаемого человека, как умею. Бабла заработать, а там, если доживу, и свободу с новыми доками.
— И ты согласился на второе.
— Ну конечно же нет. Расстреляли меня, внучек, расстреляли! — издевательски протянул труп.
Сарказм ему, видимо, был всё еще позволен ритуалом. Пусть.
— И на кой черт ты им такой недисциплинированный понадобился, интересно знать?
— Воевал хорошо. Я из простых, обычный солдат, не как остальные у нас. Но толковый. И стрелял отлично, и магия мне хорошо давалась, и головы в бою не терял. Вот и порекомандовали мою кандидатуру покупателям. А с дисциплиной они там работать умеют: шаг вправо, шаг влево, что-то не то сказал или подумал — мозги выжигают, и все дела. Я тебе это всё выкладываю только потому, что уже сдох, и чары развеялись.