У Дейрдре трижды прилетали с Драконьего континента, но, увы, крылатым снобам не хватило ума быть вежливыми с Алистером. И если первый раз они улетели проклятыми некромантом, то второй и третий разы их прогнала сама Дейрдре.
— Не полечу я с ними,- отмахнулась она. – Зачем? Небо у них не синее, трава не зеленее. Вот еще, семью и родину менять!
Тирна на все это смотрела с ужасом – Телайла получил тело человека, но душа-то у него была драконья! И сейчас подрастал их сынок, который тоже купался в источнике дриад. Правда, кроме чешуек вдоль позвоночника у него еще ничего не проявилось. Но вот то, что эти чешуйки были радикально-красного цвета… Это пугало, потому что у детей цвет чешуи всегда один и тот же – золотисто-зеленый.
— Да ничего,- улыбалась Грета,- все будет хорошо. Помоги-ка мне лед с куста роз снять. Не хотелось бы чтоб погибли.
И снимали. Первые пять лет после того, как Дейрдре обрела силу были самыми хлопотными. А потом драконица увлеклась артефакторикой и стало спокойней.
— Мора Ферхара, вы уже проснулись?
Камеристка Греты выдержала испытательный срок и осталась. Правда, со временем она стала не просто камеристкой, а личной помощницей. Ведь у Главы Дорфьей Службы очень много дел. А уж сколько бумаг порой валится на голову – ужас.
— Уже,- вздохнула. – Что взорвалось?
— То, что не должно было,- улыбнулась эйта Фрост. – По всем расчетам зелье должно было быть стабильным.
— А, все как всегда. Что у нас сегодня?
— Сегодня выходной, а вот завтра встреча с главой совета безопасноти Кальдоранна, дерром Элтерном.
— Это юрисдикция Иртона,- возмутилась Грета.
— Глава тайной службы очень просил. У вас все же больше влияния на дерра Элтерна.
Грета только фыркнула. Не ее вина, что в свое время юнец вообразил, будто она и правда его заколдовала. И «проснулся другим человеком, только благодаря вам». Теперь этот уже вполне взрослы мужчина боится, что темная менталистка снимет свое воздействие и он опять превратиться в пьяницу и повесу.
— Хорошо, надо значит надо.
Вчера они всей своей огромной семьей переместились в морской дом. Тирна с Телем бродили взявшись за руки, у них начался второй виток влюбленности. А все потому, что после получения тела Телайла напрочь забыл себя-призрака. А Тирна, вместо того чтобы рассказать ему об их чувствах, самоустранилась. Это был очень сложный год, за время которого Тель успел заново влюбится в ехидную и ершистую менталистку. А буквально полгода назад, когда их ребенку исполнилось уже одиннадцать лет, он все вспомнил. И принялся окружать жену любовью и лаской.