— Отдыхай, я сделал проход, но там пока опасно идти,- устало отозвался некромант. – Знаешь, пока я уничтожал твой браслет, мне пришла в голову одна занимательная мысль. И теперь она не оставляет меня в покое.
Некромант сидел у стены и подкидывал на руке сгусток темно-фиолетовой энергии.
— Какая мысль?
— Как только мы убедимся, что Гарри и Лин живы, а оба Ринтара мертвы – я сразу забираю тебя и на ближайшую неделю мы спрячемся ото всех на острове. Я дорожу своими друзьями, но заговор достиг своего пика, а на допросах… Раньше как-то без меня обходились и сейчас обойдуться.
— Отбор,- уныло напомнила Грета.
Некромант коротко и емко ответил где конкретно он видел этот дорфов отбор.
— Тем более, что основная цель достигнута,- хмыкнул он вдруг и пояснил,- мне удалось заставить Линнарта сознаться – весь этот отбор в первую очередь был для меня. Чтобы среди прекрасных менталисток я мог найти свое счастье и свое спасение. Воистину короли и королевы творят добрые дела с таким размахом, что бедным подданным потом не расхлебать.
— Ты не подданный,- возразила Грета.
— Но буду,- отозвался некромант.- Иначе мне придется везти тебя на континент, представлять нынешнему главе рода Ферхара и всячески унижаться, чтобы получить его благословение. А так как драконы по-прежнему ненавидят и презирают магов смерти… Сама понимаешь, ничего хорошего нас там не ждет.
— Ты не говорил этого,- нахмурилась мора Ферхара. – Но ведь та драконица, она же пришла к тебе? К некроманту?
— Настоящий дракон ничем не погнушается ради своей сокровищницы,- наставительно заметил Алистер. – Нет, я долго над этим размышлял и говорю тебе откровенно – ты стала женой некроманта и долго живущего человека с крепкими драконьими костями. Я принесу клятву Его Величеству и полностью перейду под его руку. Твой покой для меня важнее несбыточных надежд.
— Но ведь наш ребенок может родиться драконом. А драконы поклялись уйти и не возвращаться, значит, ему придется в одиночестве отправиться за море?
Гибко потянувшись, Алистер подсел поближе к Грете и мягко спросил:
— А разве клятвы одной колдовской семьи распространяются на весь людской род? Есть случаи, когда король может дать слово от лица всех своих подданных, но это не коснется подданных соседнего государства. Я не имею отношения к тем, кто жил здесь. И наши дети не будут иметь к ним отношения. Более того, именно наши дети смогут основать новую стаю, если Лин позволит. А он позволит, он уже намекал на это.
— Зачем ему это?
— За тем, что он хочет быть императором в полном смысле этого слова, а вот воевать с Келестином и Степью не хочет.