Глава 1
— Как видите, Маркиан Михайлович, мы ограничили маневр одной из двух танковых дивизий плотным заградительным огнем, и она даже станцию Ирса отбить у 292-й дивизии не смогла. А у Посадникова ее встретила пехота 285-й дивизии и полк КВ — и как видите, продолжать атаки немцы явно не спешат, отходят для перегруппировки. Теперь будем ожидать действий от Рейнгарда — у него под рукой полноценный танковый корпус из двух панцер-дивизий и одной моторизованной. Так что сила у него есть, и побольше нашей. Да и воюют ловко, чуть промашку дашь, воспользуются моментально. Все время слабые стыки ищут, и бьют по ним.
— Скорее всего, его танки попытаются протаранить оборону одной из наших дивизий, либо пойдут на Посадников остров, и там попытаются сбить 311-ю стрелковую дивизию. Других вариантов просто нет, фронт наступления слишком узок — тут нельзя использовать все три, а возможно и четыре подвижных дивизии одновременно. А в танковой группе что-то около пяти дивизий, не считая еще одного корпуса — тут им места просто не хватит. Две дивизии с трудом развертываются, выделяя часть сил в резерв. Если только вчерашняя попытка навести понтонную переправу у Грузино, не является демонстрацией. Но сегодня мы получим ответ…
Не договорив, командующий 4-й армией генерал-лейтенант Попов пожал плечами, и покосился на маршала Кулика, который прижал к глазам бинокль, и вглядывался вдаль, где над деревьями вставали «частоколом» мощные разрывы. С высокого восточного берега Киришей можно было увидеть всю картину завязавшегося сражения, которое должно было решить судьбу Ленинграда в ближайшие дни. Если немцы прорвутся к Волхову, а там пойдут на соединение с финнами, продвинуться до Свири будет не сложно, то огромный трех миллионный город окажется в полной блокаде, лишенный подвоза всего необходимого, а главное продовольствия, без которого уже в ближайшую неделю начнется голод.
— Я бы очень хотел, чтобы все это оказалось попыткой обмана, что немцы пытаются нас ввести в заблуждение, но боюсь что это далеко не так. Они прекрасно знают, что в сражении нужно вводить для прорыва все подвижные силы, а у них в тосненских и мгинских болотах застрял целый моторизованный корпус, и, заметьте, танковую дивизию уже отвели.
После короткой паузы негромко отозвался маршал, лицо Григория Ивановича заметно помрачнело. И повернувшись к стоявшему рядом с ними командарму-52 генерал-лейтенанту Клыкову, специально прибывшему в Кириши, властно и отчетливо произнес: