— Теперь можем провести деблокирование Севастополя со стороны Инкермана, я верю в вас! — светлейший решил заехать в рай на шармачка, — неужели столь славные генералы не сотворят очередное чудо?
Хрулев грустно промолчал, Шацкий растерялся от такой наглости, но Старко-то сам себе светлейший князь (причём по вяземской крови, а не по какой-то меньшиковской).
— Виноват, ваша светлость, но для такой же операции необходимо восстановить боезапас. Кроме того, тяжёлые гаубичные орудия следует получить. Те, которые я уже заказал.
— Уважаемый Олег Александрович, ну неужели вы не хотите войти в Историю славным подвигом через «не могу»?
Шурши-шубурши, умник, нас на этой мякине не проведёшь. Тем более, стоит дать согласие и информация тут же умчится к интервентам через «сочуствующих» при штабе. То есть тех, кто желает помочь России путём вражеской интервенции, которая принесёт в страну европейскую цивилизацию. А вот соответствующую дезу можно, через них же, запустить врагу.
— За славой я не гонюсь, у меня другие устремления. Другое дело, что атаку Евпатории можно будет повторить через три недели.
— Однако, господин генерал, а это имеет смысл, — поддакнул Меньшиков и сразу попытался присоседиться, — я, честно говоря, тоже об этом подумал. Ну что же, подготовьте план операции, а я его рассмотрю.
— Хорошо, но мне нужна будет помощь корпуса генерала Хрулева.
— Всенепременно, господин герцог. Господин генерал, прошу вас находиться в полном распоряжении фон Ауриха для выполнения сей задачи.
Боевые генералы откланялись, внутренне подхихикивая тому, что на месяц получили свободу действий и отправились восвояси. Они, оказывается, договорились о совместных действиях по своим планам, а не в соответствии с фантазиям Земнухина. То бишь, князя Меньшикова. Хотя оставили светлейшему пять тонн пороху, не видя спокойной возможности доставить его осаждённым морякам. Интересно, но с ними в поход попросился генерал Пётр Горчаков, тот что тупо простоял с двумя бригадами в инкерманском сражении, не сделав ни единого движения, хотя мог бы. Старшего брата намечающегося нового главнокомандующего следовало уважить, правда особым образом. Тем более, что Меньшиков был не против временного использования ещё и горчаковского корпуса.
Враги не дремали и несмотря на непогоду перекинули в Евпаторию мощные орудия и дополнительный контингент. Плюс, выделили средства на срочное укрепление оборонительных линий. Война приобрела новый разворот, поэтому под Евпаторию увели три линкора и несколько пароходофрегатов с самыми дальнобойными орудиями, ослабив на время давление на Севастополь. Всё-таки угроза потери Евпатории довлела над союзниками, аки дамоклов меч. Опять же, по сообщениям шпионов, Старко командовал уже пятидесятитысячной армией.