Императрица пошла еще дальше. Она жаловала Арсарвану наследуемый титул маркиза Крейского, оставив за ним право передать нашим детям и графский титул тоже. Теперь полное имя Арса звучало так: Арсарван Айверс, граф ер Толибо, маркиз де Крей.
Вот здесь я уже не выдержала.
— Вы же понимаете, что драконы вам не светят? — спросила я прямо, с подозрением относясь к столь щедрым жестам.
Арс хмыкнул, оценив мою прямолинейность, но одернуть не пытался. Застолье было в самом разгаре.
— Понимаю, — сказала императрица, сохранив мягкую улыбку, и посмотрела мне прямо в глаза. — Но в нынешние времена лучше, чтобы драконы были на стороне империи. Мы с вами не можем знать, что станет с Приалией лет через пятьдесят, когда придет черед править моим детям. Но если к этому времени на их стороне будут Хранитель и его драконы, думаю, империя выстоит и мы сохраним наши границы.
Выгода, выгода, выгода. Даже наша свадьба превратилась в политическое мероприятие, но я не злилась. Понимала, что и для нас самих это важный шаг. Не только нам хотелось жить в удобстве и комфорте. Драконы были пусть и двуипостасными, но людьми. Им предстояло прожить ту же жизнь, что и обычным магам: найти себе пару и построить семью.
Но сначала обучиться, конечно.
Представители высшей знати долго рассиживаться не могли, а потому вскоре мы уже провожали их к экипажам. Расписные кареты пропадали в серебряном мареве порталов одна за другой, а следом возничий подал и наш транспорт.
Нам предстояло проехать по городу в открытой повозке. Сегодня на всей территории графства шли гуляния в нашу честь. Здесь так было принято. Народ радовался за молодоженов, а молодожены в принципе радовались, когда им выкрикивали разные пожелания, бросали букеты цветов и даже связку баранок.
— Видимо, я выгляжу голодной, — рассмеялась я, надевая на себя хлебное ожерелье.
— Или я, — признался Арсарван, раздевая меня потемневшим взглядом.
Мне так нравилось, когда он улыбался. В его глазах задорным блеском плясало счастье, но в глубине…
— А пошли танцевать, — предложила я, останавливая кучера.
Повозка замерла на углу площади. Музыканты играли веселый мотив, но стоило им увидеть нас, как из их инструментов полилась нежная чарующая мелодия. Нечто среднее между вальсом и танго, когда страсть кипит на кончиках пальцев, но ты несешься навстречу ветру в каждом круге, в каждом шаге и повороте.
И нет вокруг никого другого. Только взгляд карих глаз — проникающий, пронзающий в самое сердце. Он пленил и опьянял.
Что с нами будет дальше? Я не знала. И не должна была, наверное, ведь жизнь — штука сложная, и предугадать ее невозможно. Это как играть в дурака с профессиональным шулером. Какие бы карты тебе ни выпали, выиграешь или проиграешь — решает он.