После недолгих размышлений, я позвонил режиссёру, и поставил перед фактом, что заболел, и сегодня не приеду. Он, разумеется, не сильно этому порадовался, но всё же сказал, чтобы я не торопился выходить на работу и нормально вылечился сначала, пожелал мне скорейшего выздоровления, и мы распрощались.
Я с облегчением устроился поудобнее на кровати, и собрался снова погрузиться в сон, помня, что тот, если верить поговоркам, лучшее лекарство, но тут зазвонил телефон.
— Кушито-сан? Это Мацуо Хироши, — зачем-то представился мне мой адвокат, — Завтра в одиннадцать утра состоится заседание комиссии по вопросу вашей эмансипации, вам необходимо присутствовать на ней лично. Это обязательное требование! И крайне важно не опаздывать! Адрес я вам вышлю на почту.
— Хорошо, я буду, — тяжело вздохнув, пообещал я. Как не вовремя-то… Не могли, блин, где-нибудь в конце недели её собрать, а не в начале. Вот как мне в таком состоянии завтра ехать куда-то? А ехать надо… Видимо, надо будет жаропонижающего напиться, и собраться с силами. Одна надежда, что это собрание не будет слишком долго длиться.
Я опять собрался провалиться в сон, но тут телефон пропищал, сообщая, что кто-то прислал мне сообщение. Я был уверен, что это Мидори решила спросить, как у меня дела, но, когда глянул на телефон, увидел там совершенно незнакомый номер, и короткое сообщение — Сайто, это папа. У меня всё хорошо, через несколько дней буду дома.
Я аж сел, прочитав его. Это что, чей-то розыгрыш, что ли? Или и правда он? И почему с чужого номера? Что вообще происходит?
Я тут же набрал этот номер, но механический женский голос сообщил мне, что абонент находится вне зоны действия сети. Отлично, просто супер… И вот что мне делать? Завтра же комиссия по эмансипации, а тут папаша вдруг нашёлся!
Или, это кто-то пытается так сорвать мою эмансипацию? — вдруг пришла мне в голову мысль. Может, мама узнала о завтрашнем мероприятии, и решила таким образом сорвать его? И где она, кстати? Вчера, когда я приехал домой, её дома не оказалось. Неужто у бабушки на ночь осталась? Или та удавила её, когда мать сказала, что приехала за Мичико? Я б уже и такому событию не удивился бы.
Так что же делать-то? Ехать завтра или нет? — ломал я плохо соображающую голову, от чего она разболелась ещё сильнее, — А хотя, чего я туплю? — вдруг осенило меня, — Мне ж в любом случае не помешает эмансипироваться. Не хочу ни от кого зависеть, даже если отец вернётся. Самому заниматься своими договорами, решать вопросы о своей дальнейшей жизни. А про это сообщение завтра даже упоминать не буду. Вдруг, откажут из-за него, и решат отца ждать? А отцу скажу, если он и правда вернётся, что решил, что это мать так пытается сорвать эмансипацию, или чей-то розыгрыш.