— Холошо, — кивнула Мичико, выдохнула, несколько секунд помолчала, и продолжила, — Там, в длугой комнате, на полке класивые куколки, фалфоловые. Можно мне с ними поиглать? И надо их достать, я не дотягиваюсь.
— Можно, но только аккуратно, не разбей их, — разрешила бабушка, — Возьми на кухне стул, принеси в комнату, и достань сама.
— Холошо! Спасибо! — тут же умчался из комнаты маленький вихрь.
— Итак, давай ещё раз, — повернулась мать к Масами, — Ты уже много лет, как вычеркнула меня из своей жизни. В чём ты меня только не обвиняла… И в смерти своего отца, и в том, что я испортила тебе твою жизнь. При этом ты опозорила меня, бросив свою семью, и уехала из Японии с каким-то французом. Да, я недолюбливала твоего бывшего мужа, но это не оправдывает твой поступок. За почти двадцать лет ни разу мне не позвонила, но тут вдруг пришла просить меня о помощи. Ещё и дочь с собой взяла. На жалость решила надавить?
Масами молчала, никак не реагируя на слова матери.
— У твоего нового мужа свой бизнес, — не дождавшись ответа от дочери, продолжила мать, — Насколько мне известно, два миллиона не такая уж и большая сумма для него. Продал бы свой бизнес, и спокойно расплатился. В чём проблема?
— Это не его бизнес… — тихо выдавила из себя Масами, — Он по сути лишь управляющий… Фиктивный владелец. Он не может его продать.
— Ну, хорошо, пусть продаст свой особняк, — пожала плечами мать, — Машины. Насколько мне известно, у него большая их коллекция. Уж два миллиона он точно сможет найти, — показала она весьма неплохую осведомлённость о делах семьи дочери, — Да, вы лишитесь имущества, но отдадите долг. Почему он этого ещё не сделал?
— Он не будет ничего продавать… — помертвевшими губами произнесла Масами, — И не станет мне помогать… Он считает, что деньги украла я, и сдал меня мафии. Если через две недели я не верну деньги, то меня найдут…
— И почему же он так считает? — элегантно закинув ногу на ногу, уточнила мать.
— Потому что доступ к сейфу, где лежали деньги, есть только у него и у меня. Только я знаю, где он хранит ключ, и только мне известен код. Сейф не взломали, а значит, украл кто-то из своих…
— Но ты их не брала, разумеется? — с сарказмом спросила мать.
— Нет! — вскинулась Масами, — Я прекрасно знала, чьи деньги там лежали, и не стала бы так рисковать!
— Ну, да, согласна. Деньги ты, конечно, любишь, но жизнь любишь больше, — глубокомысленно заметила мать, — Вот только кто же их взял, если доступ был только у тебя и у мужа? И почему он так к тебе отнёсся? Ты что-то недоговариваешь, — поняла вдруг мать, не сводя взгляда с дочери, — Рассказывай уже всё без утайки! Ты не в том сейчас положении, чтобы темнить тут!