— Привет, мальчики! — громко и, как мне кажется, властно произнесла я, перекрикивая динамики, из которых лилась песня о бандитах.
Секунда… Взгляды мужчин устремились на меня, я же, подражая Джеймсу Бонду, картинно навела пистолет на парня в тёмно-синем костюме.
— Расслабьтесь, — поскольку никто не стал портить мне игру, то я вошла в раж. — Я возьму только его!
— Чего⁈ — промычал бритоголовый, сидевший ближе всех ко мне.
— Глухой, что ли? — игриво усмехнулась я, отчего мужчина побагровел и нервно дёрнул кадыком, а затем поманила Артёма к себе. — Мне, может быть, ещё на колени встал, чтобы ты пошёл со мной?
Мужчина, сидевший рядом с ним, истерично рассмеялся, на него шикнул другой, похожий на бочку с пивом, и он замолчал. Певица надрывалась, вытягивая высокие ноты, а меня распирало от удовольствия. Я даже в такт песни качнула бёдрами, отчего мой пистолет повело в сторону.
— Эй-эй! — заорал бритоголовый. — Держи себя в руках! Чёрт!
Парень в тёмно-синем костюме медленно поднялся со своего места и начал обходить стол. Я облегчённо выдохнула, Артём, видимо, всё понял и решил мне подыграть. Он выглядел ослепительно в неярком свете настенных бра, его походка завораживала, казалось, будто он охотник, а я слабая, беззащитная лань. И чтобы не уронить свой авторитет в глазах друзей жениха моей подруги, я шлёпнула его по заднице, когда он поравнялся со мной. Мужчины дружно вздрогнули, продолжая напряжённо следить за дулом моего пистолета.
— Красавчик, — томно проворковала я Артёму, точнее, прокричала ему в ухо: — ты мой на всю эту ночь! Буду делать с тобой всё, что душа пожелает! Твоё последнее слово?
Артём издал странный и непонятный звук, я ткнула пистолетом ему в бок и повела к выходу, а напоследок обернулась и послала его дружкам воздушный поцелуй.
Мы с Артёмом беспрепятственно вышли из ресторана, и я с чувством выполненного долга повела парня к своей ласточке.
— Что это? — хрипло спросил он.
Неожиданно голос Артёма показался мне чужим и холодным, но проезжающий мимо белый фургон отвлёк моё внимание.
— Ласточка, — с нежностью произнесла, разглядывая широкую спину парня.
— Корыто, — презрительно фыркнул он. — Поехали!
Я открыла дверцу, и Артём юркнул на переднее сиденье, а затем потянулся, чтобы её захлопнуть.
— Наручники, — спохватилась я.
— Где они? — в голосе Артёма послышалось нетерпение.
— В бардачке, — было темно, и я не могла разглядеть лицо парня, к тому же ещё и без очков, но когда белый фургон снова проехал мимо нас, но уже медленно, словно выбирая место, где припарковаться, глаза Артёма хищно заблестели. — Я… Ой, ты уже сам?