— Привет! Мы с дочкой попали в непогоду, мы идем в приют Святой Надежды, ты не знаешь, как далеко еще идти до него? — обратилась к мальчику ласковым голосом.
— Далеко, еще около четырех лиг, в такую погоду с младенцем тебе не дойти, к тому же я слышу, как на окраине завывает снежная нечисть…
— Но мне сказали, что до него всего пару кварталов!
— Так и есть, — кивнул мальчик, — один квартал равен четырем лигам, это знает даже ребенок, надо было брать возницу или «широкий шаг»! — уже не так настороженно и зло произнес мальчик. — Я бы пригласил тебя к себе, но вот беда с некоторых пор мы бездомные сироты, и уже как два дня живем в этом закоулке, — с горечью произнес мальчик.
Он показал шалаш, построенный из старого ковра, палок и тряпок в котором была сооружена небольшая печка из камней. Похоже они внутрь складывали доски и ветки и сжигали их, камни нагревались и отдавали свое тепло детям.
К горлу подступили слезы, бедные дети, они не должны так жить… Пока Натаниэль разжигал свою печку, Оливия рассказала, что далеко от сюда у них был большой дом, любящий отец, мама… Которая заболела и умерла, отец великий генерал, решил, что детям нужна мать, ведь он частно в различных походах и разъездах, привел в дом мачеху, у которой были дети, двое дочерей чуть старше.
Отец уехал, и дети сразу почувствовали «любовь» мачехи, она их не била, но издевалась очень тонко, вскоре присоединились к ней и ее дочери. Натаниэль пытался донести до отца, что мачеха их обижает, но «подготовленный» мачехой отец не желал ничего слушать.
А недавно пришло известие, что великий и прославленный генерал пал смертью храбрых в борьбе с нечестью. Его тело сожгли, ведь его укусила заразная нечисть. Как только поток друзей, знакомых и сослуживцев иссяк желающих выразить соболезнование. Мачеха велела им одеваться как можно теплее, они едут кататься на санях за город.
Натаниэль сразу заподозрил неладное, ведь сама мачеха одела легкую шубку, а тяжелый тулуп велела положить в сани. И не смотря на капризы и просьбы своих дочерей, их с собой не взяли на прогулку, сказав им, что они больны.
Как только сани выехали за пределы города, она стала подгонять лошадей, громко смеялась и радовалась, а затем она свернула на дорогу к реке. Тогда мальчик все понял, а увидев в руке у мачехи кристалл перемещения, утвердился в своих мыслях. Он обжег руку мачехи драконьем пламенем и выхватив кристалл, толкнул женщину, и она выпала из саней, которые продолжали мчаться уже сами по себе без лошадей в сторону полыньи. Он скинул с себя дубленку, а с сестры стащил муфту, и переместился «как можно дальше отсюда».