Я накрываю на стол, пока Милка уплетает свои хлопья. Дети тоже заняты завтраком. Болтаем о всяком, и тут слышу шум.
Я просто застываю от ужаса. В дверном проеме стоят четыре здоровых парня, потные и перепачканные в ….. твою мать, она в крови все, но улыбаются придурки.
– Что твою мать произошло? – говорю испуганно.
Все мы смотрим на этих ослов с диким ужасом на лице. Костя с рассеченной бровью, из которой сочится кровь, как и Никита. У Макса сбиты костяшки и из носа тонкая струйка крови. Артур стоит и держится за ребра, на лице кровь и улыбка.
– Могу сказать, что мы все в отличной форме, кроме Костяна, – говорит Макс специально пытаясь его задеть. – Он поплыл короче.
– Я легко тебя сделаю, – смеется Костя, и кровь начинает идти сильнее.
– Я вас всех сейчас сделаю, – кричит Мила. – Вы идиоты совсем?
– Успокойся, женщина, – говорит Никита, поднимая руки вверх. – Мы просто немного выпустили пар.
– Точно, это было весело мужики, – говорит Макс, а Костя дает ему пять.
– Так, душа в доме у нас два. Идем парами, – смеясь, говорит Артур. – Только чур не прижиматься. Макс со мной.
– Не боишься, сладкий? – ржет Макс и, играя бровям, шлепает моего мужа по заднице, на что я едва могу удержаться от смеха. Рыжуля смотрит на них, выпучив глаза.
– Моя задница останется девственницей мужик, – смеется мой муж.
– Ну что Никитос? – спрашивает Костя моего брата, положив ему руку на плечо. – Кто кого?
– Разберемся на месте, – отвечает брат серьезно.
А потом все они с диким хохотом они уходят из кухни.
И тут мы с девчонками, смотря друг на друга, взрываемся диким хохотом. Мне не хватало их. Это мои люди и моя семья. С ними мы настоящие. С ними никто из нас не притворяется кем-то другим. Мы те, кто мы есть. Со своими недостатками. С ошибками и достижениями. Мы не осуждаем, мы просто принимаем, понимаем и любим.
Я безумно рада, что заслужила всех их в свое окружение. Сейчас я по-настоящему счастлива.