— Это Картограф, я к Доктору.
И охрана меня сразу пропускает.
Иду по коридору, вот и нужная дверь. Стучусь и захожу.
— Драсьте, Ирина Викторовна. Как сегодня денек выдался?
— А, мой любимый пациент, — поднимает голову от медицинского справочника Ирина Викторовна. — Как поход? Все хорошо?
Вопрос риторический. В силу ряда индивидуальных особенностей у меня походы всегда заканчиваются хорошо. В противном случае я бы из него просто не вернулся.
— Хорошо, но устал и проголодался. Ну как обычно.
— В душевой в баке как раз вода хорошо прогрелась, — сказала Ирина Викторовна, — сейчас схожу гляну, что там осталось от пациентов. Вторая ВИП-палата свободна.
Это у нее такой юмор. То есть, вопрос в том, что осталось после того, как все пациенты поужинали, но она предпочитает именно такую формулировку. И люди слышащие эту шутку впервые часто делают круглые глаза.
Раздеваюсь и иду в душ, чтобы смыть с себя пыль Пустошей.
Тут для меня уже готова и смена белья и больничная пижама. Я так-то не болею, но это такая конспирация. По легенде, я в Госпитале ВИП-Пациент, потому если посторонние увидят меня в кабинете или ВИП-палате, никто ничего не подумает: ВИП — палаты на то и ВИП, что они находятся под персональным наблюдением Доктора.
Переодевшись, я распаковываю ранец и вываливаю на столик ворох бумажных облаток и коробок с лекарствами.
Возвращается Ирина Викторовна и приносит мне судки с ужином. Салат и паровая котлета. Не особое гастрономическое чудо, обычная диетическая больничная еда. Но меня устраивает. В том числе и потому, что я уверен в качестве кормежки. Котлета при жизни не пищала и не лаяла, и уж точно не говорила.
Пока я ужинаю Ирина Викторовна копается в медикаментах и быстро составляет список
— Будьте внимательны, — говорю я, — то, что в отдельном кульке, лежало на витрине так, что на него падал солнечный свет из окна.
— Понятно, будем проверять. Я просто диву даюсь, как ты умудряешься снова и снова находить такие сокровища, которые уже давно должны были быть унесены до тебя.
Это тоже риторический вопрос: все знают, что я хожу за добычей туда, куда больше не рискует ходить никто.
— Сколько это потянет? — спрашиваю я, облизав ложку.
— Тысячи четыре, но надо ждать пациентов с соответствующими диагнозами.
— Что из этого представляет особую ценность?
Ирина Викторовна отдает мне пустые упаковки. У меня плохая память на названия лекарств, потому надо иметь при себе образцы упаковок.
— Пациент, готовьтесь к процедурам, — говорит Доктор и уходит, чтобы запереть входную дверь.
Я тем временем стаскиваю с себя пижаму.