И если раньше я особо на такие расклады повлиять не мог, то с получением денег от французских банкиров всё переменилось. Нет, этих денег не хватит, чтобы прокормить всех страждущих. Так оно и бесполезно. Не рыбу нужно дарить голодным, а удочку.
Собственно, для этого мне журналюги и нужны. Мало того, я ещё сам пару статеек напишу и Дельвига запрягу, чтобы они были опубликованы. Пусть даже за взятку.
И да, Дельвиг мне нужен. Как и солома, которой у меня начало скапливаться офигеть сколько. Не одна сотня тонн. Её сейчас в скирды смётывают, но я пока не уверен, что смогу успеть за всем.
Казалось бы — какая связь может быть между Дельвигом и соломой?
Если что — самая прямая.
Солома, сваренная в котле — скороварке, даст целлюлозу. Очень много целлюлозы.
Примерно треть от веса соломы. Дальше мы добавим в неё много древесной массы, перемолотой в муку, чуть-чуть мела и получим крайне дешёвую газетную бумагу. А чего бы ей не быть дешёвой, если восемьдесят процентов её состава, наносимого на янки — цилиндр придётся на берёзу, просто перетёртую жерновами в кашицеобразную пульпу. Да, желтеть на солнце такая бумага будет весьма заметно, но кого такие тонкости волнуют, когда речь идёт о газетной бумаге. Зато цена… В две копейки мне такая газета обойдётся, при тираже в пять тысяч, чтобы она не стала убыточной. Это если начать с выпуска два раза в неделю.
Не хочу скрывать — мне скоро нужен будет свой собственный рупор, способный доносить моё мнение до всех слоёв населения нынешней Российской Империи. Пока в то, что написано в газетах, верят все. Надеюсь, моя газета, самая дешёвая в России, позволит мне донести до дворян, что время самолюбования и пышных празднеств закончилось. Пора всем браться за дело, а не порхать мотыльками по балам. И в качестве индикаторов у меня — мои лицейские друзья, будущие декабристы. Смогу их переубедить — значит я на верном пути.
За всеми делами в Велье не оставалась без внимания и торговля в столице. Я раз в неделю отправлял сестре на продажу одним из самолётов несколько швейных машинок с запчастями и иглами, ткань, стальные перья с ручками да готовые чернила, и такой порядок вещей пока всех устраивал. Но в один из дней на связь вышла Ольга и сообщила, что встречи со мной ищет тайный советник Пётр Григорьевич Демидов.
— Кто это вообще такой? — взглянул я Виктора Ивановича, присутствующего при моём разговоре с сестрой. — Этих Демидовых по Руси, хоть пруд пруди. При этом, не считая фамилии и родства с основателями династии, не каждый из них имеет непосредственное отношение к металлургии.